— Эй, Биз! Добро пожаловать в кабаре!

Де Морган тут же предложил ей свой стул, но Бисеза села на землю рядом с Кейси. Ей не нравился де Морган, и она не собиралась идти ему на уступки ни в чем, даже в самых обычных делах.

Ведро, которое держал Абдыкадыр, было наполнено водой и, следовательно, было тяжелым. И все-таки он, держа его за дужку одной рукой, водрузил себе на плечо и пометил линию уровня воды жирным карандашом. Потом он опустил ведро и освободил парящую в воздухе сферу Ока Зла. По поверхности шара заструилась вода. Абди постарался не упустить ни одной капельки. Сетчатый шатер с двумя обезьянолюдьми перенесли на несколько ярдов в сторону и подперли сеть шестом.

Кейси ухмыльнулся.

— Он уже битых полчаса купает в ведре эту треклятую штуковину.

— Зачем, Абди?

— Я измеряю объем шара, — сосредоточенно пробормотал Абдыкадыр. — И для пущей точности повторяю измерения. Это называется наукой. А вам большущее спасибо за поддержку.

С этими словами он снова поднес ведро к шару. Бисеза обратилась к Кейси:

— Вроде бы полевой хирург не разрешал тебе вставать с постели.

Кейси пренебрежительно фыркнул и выставил перед собой плотно забинтованную ногу.

— Да ну, ерунда. Перелом был чистый, кости они соединили неплохо. — (И без наркоза, о чем знала Бисеза.) — А я терпеть не могу сидеть, ни фига не делать и ковырять пальцем в носу.

— А вы, мистер де Морган, — осведомилась Бисеза, — у вас тут какой интерес?

Снабженец развел руками.

— Я деловой человек, мэм. Поэтому я здесь и нахожусь, прежде всего. И я постоянно ищу новые возможности. Стоит ли говорить о том, как меня заинтриговала ваша летающая машина, упавшая с небес! Да-да, я все понимаю и готов смириться с тем, что вы и капитан Гроув желаете эту машину держать, так сказать, под покровом тайны. Но это, этот восхитительный, совершенный, парящий в воздухе шар не принадлежит ни вам, ни Гроуву. Странное время нам выпало, непонятные творятся вещи, но мы быстро ко всему привыкли — и все же этот шар остается таинственным и загадочным. Вот он висит в воздухе, не поддерживаемый ничем. Как и чем по нему ни бей — а ведь по нему даже пулями стреляли, и некоторым здорово досталось, когда они рикошетом отлетали от шара! — от его чудесной поверхности ни кусочка не откалывается, а сам он ни на долю дюйма не сдвигается с места. Кто его изготовил? Что держит его в воздухе? Что у него внутри?

— И сколько он стоит? — проворчал Кейси. Де Морган весело рассмеялся.

— Пусть даже и так, нельзя же винить человека за любопытство.

Джош успел кое-что рассказать Бисезе о происхождении де Моргана. Он был представителем пришедшего в упадок аристократического рода, уходившего корнями в прошлое вплоть до времен первых попыток Вильгельма Завоевателя покорить Англию — то есть на восемьсот лет назад. Вильгельм, как известно, твердой рукой выковал процветающее государство из покоренных мелких саксонских королевств. В последующие века, по собственным словам де Моргана, «переходившие из поколения в поколение алчность и глупость» оставили семейство без гроша, с одними только воспоминаниями о былом богатстве и могуществе. Редди говорил, что точно знает, что раджу просто-таки осаждают авантюристы типа де Моргана. А Бисеза просто-напросто решила для себя, что этому человеку с зачесанными назад, прилизанными черными волосами и бегающими глазками доверять нельзя.

Абдыкадыр слез с табурета. Мрачный, серьезный, сосредоточенный, он переключил свои наручные часы в режим калькулятора и ввел полученные при измерениях цифры.

— Ну, умник, — насмешливо окликнул его Кейси, — расскажи нам, что ты выяснил.

Абдыкадыр уселся на землю перед Бисезой.

— Око сопротивляется любым попыткам исследовать его, и все же кое-что можно измерить. Прежде всего, Око окружено измененным магнитным полем. Это я проверил с помощью компаса.

Кейси проворчал:

— Мой компас сбрендил сразу после того, как мы брякнулись на землю.

Абдыкадыр покачал головой.

— Дело не в этом. Да, твой компас не находит северного магнитного полюса, потому что с магнитным полем Земли явно что-то неладно. Но сами наши компасы в полной исправности. — Он повернул голову и посмотрел на Око. — Линии магнитной индукции вокруг этой штуковины слились воедино. На графике это выглядело бы, как сучок в куске древесины.

— Как же это может быть?

— Понятия не имею. Бисеза наклонилась вперед.

— Что еще, Абди?

— Еще я провел несколько измерений на уровне курса геометрии старших классов школы. — Он усмехнулся. — Погрузить предмет в воду — вот единственный способ измерить объем, какой мне пришел в голову. Погрузить и посмотреть, как меняется уровень воды в ведре.

— Эврика! — игриво выкрикнул де Морган. — Сэр, вы просто Архимед de nos jours… [11]

Абдыкадыр не обратил на него никакого внимания.

— Я провел десять замеров, чтобы сделать погрешность минимальной, но точность все равно невелика. Как измерить площадь поверхности, придумать не могу. Но радиус и окружность я измерил, думаю, довольно точно. — Он продемонстрировал товарищам набор самодельных кронциркулей. — Приспособил лазерный объектив из вертолета…

— Ничего не понимаю, — прервал его Кейси. — Это всего-навсего шар. Если знаешь радиус, все остальное можно рассчитать по всяким разным формулам. Площадь поверхности равняется… сейчас-сейчас… четыре умножить на «пи», умножить на квадрат радиуса…

— Это все можно подсчитать, если предположить, что этот шар — точно такой же, как все остальные шары, какие тебе попадались раньше, — терпеливо продолжал Абди. — А он висит себе в воздухе, и я ничего подобного прежде не встречал. И я не хотел строить относительно его никаких предположений, я просто хотел проверить все, что только можно.