– Подполковник-исследователь Цзан, сир, куратор лабораторной части!

– Доложите о происшедшем, подполковник.

– Согласно приказу адмирала Шелтона, сир, сто шестьдесят три стандартных часа назад к «Пантократору» был пристыкован беспилотный разведывательный рейдер КS674. С борта беспилотника в лабораторный модуль «Пантократора» были перегружены четыре контейнера с биологическим материалом, доставленным с неизвестной мне планеты.

– Почему «неизвестной»?

– Нам, сир, не сообщили её координат и названия. Покойный капитан первого ранга Эдирни, ваш предшественник, сказал, что это материалы секретной экспедиции. Нам было запрещено говорить о них с другими членами экипажа, исключая пятерых старших офицеров. Контейнеры были нестандартные, особого типа, с динамическим полевым изолятором.

– Для чего, по-вашему, они предназначались?

– Я могу ошибаться, сир, но, по моему мнению, контейнеры были изготовлены для предельно надёжной изоляции при транспортировке особо опасных форм неземной жизни.

– Вас предупредили об особой опасности содержимого?

– Не совсем, сир.

– Объясните.

– Нас предупредили, что в образцах могут быть споры опасных ксеноморфов, но то, сир, с чем мы столкнулись в реальности, превзошло наши представления о возможной угрозе.

– Подробнее.

– Мы извлекли из контейнеров около полутонны смеси грунта, разложившихся биологических тканей с неопределённой морфологией и несколько объектов, похожих на большие окаменевшие яйца. Мы сосредоточились на этих «яйцах». Нейтринное просвечивание выявило в них зародыши неизвестных науке ксеноморфов с необычно сложной небелковой структурой. Мы переслали трёхмерные проекции «яиц» на «Цефей». Оттуда, за подписью главного биолога флота генерал-майора-исследователя Фаламанда, пришло распоряжение поместить «яйца» и грунт в инкубатор. В распоряжении содержались рекомендуемые параметры среды в инкубаторе. Полагаю, сир, что Фаламанд и его офицеры знают больше, чем я, о природе и происхождении этих «яиц» и этого грунта.

– Это очевидно. Продолжайте.

– После размещения в инкубаторе «яйца», вопреки нашим ожиданиям, не ожили. Зато из микроспор, содержащихся в грунте, за двадцать стандартных часов развилась примитивная желеобразная жизненная форма. Капитан Эдирни пришёл в модуль на неё посмотреть. Это было семьдесят шесть стандартных часов назад, сир. С примитивной формой как раз в это время начали происходить странные эволюции, потом яркая вспышка, потом в инкубаторе появились большие агрессивные ксеноморфы, взломали его и убили всех, кто был в лаборатории. У них была молниеносная реакция, сир. Я оказался около шлюза и едва успел покинуть модуль. Потом Минц приказал отделить его от крейсера. Считаю, что это было правильное решение. И ещё, сир.

– Я слушаю.

– До сих пор не могу понять, откуда выскочили эти монстры. Такого приращения биомассы не бывает, это какая-то взрывоподобная мутация или что-то ещё.

– Может, они вылупились из «яиц»?

– Маловероятно. Нет, сир, не просто маловероятно, а невозможно.

– Я вас понял, подполковник. Вы пока останетесь на карантине. Это необходимо.

– Да, сир.

Голографическое изображение Цзана погасло. Несколько минут Теслен молчал. Потом обратился к Минцу:

– Покажите мне, что происходит сейчас на отстыкованном модуле.

На одном из плоских экранов появилось изображение лабораторного отсека, по которому бегали десятка два гыргов.

– Насекомые? – удивился командор.

– Похожи, – согласился первый пилот. – Но наши лабораторные доки называли их…

Он не успел сказать, как называли гыргов военные исследователи с «Пантократора». Супремус крейсера сообщил, что восемь секунд назад четыре корабля Шестого флота, включая флагманский линкор «Цефей», были атакованы неопределённым пока противником и, согласно предварительной оценке, получили несовместимые с базовыми функциями повреждения.

– Вот так, Высочайшие Матери, всё было на самом деле, – закончил свой рассказ Теслен.

– А почему беспилотник с материалами Шелтон отправил именно на «Пантократор»?

– На этом крейсере был наиболее оснащённый из всего состава Шестого флота лабораторный модуль. Плюс группа опытных ксенобиологов и медиков. «Пантократор» изначально проектировался как многоцелевой военно-исследовательский корабль для изучения дальних планет. Размерами он почти не уступал линкору и имел такую же двигательную группу, как у «Цефея». Экипаж линкора в те времена насчитывал в табельном списке пятьдесят семь единиц, а экипаж «Пантократора» – сорок девять.

– А что случилось потом с лабораторным модулем?

– После атаки ящеров мы про него забыли. Если ящеры его не подобрали, то он должен был через несколько дней сгореть в атмосфере планеты 9 КВ077:6.

– Мы думаем, Избранный, что они его подобрали.

– Да, понимаю. Я уже тогда, в девяносто четвёртом, подозревал, что война началась из-за этих «яиц». Если мне не изменяет интуиция, то это были святыни г’ормитов, окаменевшие «яйца» Великих Ползучих Отцов.

– Интуиция привела тебя к ближайшим окраинам истины, Избранный. Эти мёртвые «яйца», как известно Знающим, принадлежат особому виду живых существ, без которых была невозможна жизнедеятельность примитивного пола Ползучих. Эти существа ненадолго пережили Отцов. А про гыргов тебе известно.