— Ты знаешь, кто его послал?

— Нет. Я говорю, тип был не…

— Вполне логично послать психопата на убийство телепата. Этот кто-то был в курсе твоих способностей.

— Вот именно. Слухи ходят, конечно, но мало кто ведает, что я владею толькодаром телепатии.

Ханна моргнула.

— Видите, даже Римская Чума была не в курсе.

Молчание затянулось и Ханна заняла себя тем, что принялась разглядывать новые лица. Двое неизвестных при ближайшем рассмотрении оказались близнецами. У обоих был оливковый цвет кожи и темные волнистые волосы. Они смотрели на девушку так же сосредоточенно как она на них, но не отвели взгляд, когда Ханна снова уставилась на «падшего ангела». Выражение лица этого запретного плода ничего ей не сказало, он был подобен модели на съемках — совершенно застывшая физиономия. В приглушенном свете гостиной люстры, Ханна заметила две родинки на правой стороне лица, чуть выше уровня губ, почему-то ей захотелось дотронуться до этого объекта. Интересно, кто из них был золотой звездой, по размерам не уступающему светилу Люция?

Краем уха, девушка расслышала писк открывающихся ворот. Через несколько секунд по коридору промаршировала цепочка людей: женщина среднего возраста с отвисшей грудью и дряблой шеей, два парня с большими дырками в ушах и один обычный мужчина, чем-то напоминавшей Ханне плотника-сантехника. Каждый со своей сумкой, они быстро прошли на второй этаж.

— Вам не понравилось, то, что вы увидели? — таки подал голос Люций.

— Это еда?

— Можно сказать и так.

Все братья без исключения подняли головы на неё. Ханна ощутила давление, хотя её никто не касался.

— Возможно, вы захотите вернуться в вашу комнату.

В мои времена удовлетворять себя можно было с кем угодно. Для патриция было важно лишь занимать активную позицию. Мой старший сын происходил из человеческого рода Флавиев, из той же семьи к которой при жизни относился умерший Цепион. Мы познакомились на Ludi Saeculares, терентинские игры, по-вашему. Его фамилия приносила двух коров в дар Юноне на Капитолийском холме. Когда мы вступили в связь, я уже был пресыщен женским обществом, хотелось разнообразия. Лицом и фигурой юнец очень походил на женщину: я получил настоящее удовольствие от новизны и не был сильно испуган переменами. Обратить его пришлось, когда общество о нас узнело. В частности, когда все поняли, что юный Флавий занимал пассивную позицию — непростительный поступок для патриция.

— С кем дружен Люций? С Семпронием Гракхом. Мальчик прихож в его дом. На подсознательном уровне Гракх мечтал бы стереть его в порошок, будучи тот настоящим paterfamilias, но они продолжают тесно общаться. Семпроний породил нехорошие слухи, да, но заткнуть его будет просто.

Джованни Сервилий Нониан стал новым Императором Рима. Новость так быстро пронеслась по городу под самое утро, что уже вечером, клубы Габриэля лопались от наплыва посетителей. На этот раз Нониан захотел встретиться с ней в Гарцмане, отвел в вип-комнату с злополучным винградом.

Все произошло очень быстро. Я обращал и до этого, но только женщин. И бросал их тут же. Многие из них навещали меня первые несколько лет, потом исчезали. Теперь я понимаю, что они умирали в муках, не имея возможности питаться кровью создавшего их. Некоторое время мы с Флавием продолжали любить друг друга. Пару раз уезжали из города и возвращались, когда сменялись поколения. Но к общему разочарованию, превращение сделало юнца больше похожим на девушку. Со временем он мне надоел.

— Имею честь представить вам, Габриэля Валерия Фиорентина. Мой поверенный, Квестор Вечного Города.

На бывшем соседе, который тут же встал, едва она приблизить к столику, был строгий официальный костюм и эти женские, идиотские ободки. Судя по тому, как вальяжно он сидел в кресле раньше, Габриэль чувствовал себя комфортно на собственной территории. Возможно, Нониан пошёл у него на поводу, устроив встречу здесь?

— … это та девушка о которой я тебе говорил. Настоящая наследница Максимильяна Лепида.

— Очень приятно, — Габриэль протянул руку.

Когда до меня дошли слухи о лупанарии, публичном доме, где подавали молодых людей, я тут же сорвался с места. Но разочаровался. Проституты не удовлетворяли мои требования. Слишком навязчива была мысль, что трахаешь то, что может трахать любой. Тогда я и познакомился с Корнелием и Аурелием. Близнецы были очаровательны и им тоже нравились мужчины. Не удивляйся, Ханна, тогда мы думали только о том, кто ляжет вниз. Что я, что они были из знатного рода. Мне пришлось заплатить за собственное удовольствие.

— И так, — Джованни велел гостье сесть на диван возле него. — Если все на месте, пора бы обсудить дело. Вам уже известно, что интеррекс успешно представил свету нового Императора?

— Что?

— По закону, Префект не может стать Императором в один шаг. Третье лицо должно назвать нового правителя. Эта традиция происходит из царской эпохи Рима. Интеррекс избирался жребием из старших сенаторов, отцов на недельный срок и должен был созвать народное собрание с целью выбора нового царя. Если он не успевал этого сделать, то слагал с себя власть, и на новую неделю жребием выбирался новый интеррекс. Так продолжалось, пока отцы не останавливали своего выбора на одном лице, — Нониан махнут рукой в жесте пренебрежения, — Как представитель высшей власти я наградил своего Квестора возможность брать на себя роль Интеррекса в любой момент и бесчисленное количество раз. Результат, как видите, не заставил себя ждать.