К тому времени, когда беглецы решили остановиться на отдых, был уже полдень. Очередная бессонная ночь и усталость делали свое дело, и Олея и Бел только что не падали с коней. Впрочем, их лошади тоже были чуть живы, что, вообще-то, неудивительно. В то время, когда люди Наварга привели им лошадей, ни Бел, ни Олея, естественно, особо не стали рассматривать, что представляют из себя эти животные, а уж потом и вовсе было не до того. Есть на чем ехать - и ладно, или, как говорят в подобных случаях те, кто ворует лошадей - хватай повод и беги!..

Правда, уже позже, в дороге стало заметно, что с лошадями что-то не то: хрипят, тяжело дышат, спотыкаются и быстро бежать они не могут, как бы их не подгоняли. Зато хорошенько рассмотрев своих лошадок при утреннем свете, Олея только головой покачала: клячами, пожалуй, их называть еще не стоит, но времена молодости этих бедных лошадей минули давным-давно. Как видно, Наварг и тут решил не рисковать, на всякий случай велел привести для своих незваных гостей самых старых лошадок, на которых далеко не умчаться при всем своем желании. Стало понятно и другое: если и дальше продолжать свой путь на этих бедняжках, то они скончаются в дороге еще до заката.

Остановившись на постоялом дворе в одном из больших придорожных поселков, беглецы решили поесть, а заодно дать хотя бы немного отдохнуть своим лошадям, измотанным до предела. Присев неподалеку от окна, уставшие люди осмотрелись вокруг. Вроде все спокойно, ничего подозрительного, хотя что можно с первого взгляда рассмотреть в таком шумном и многолюдном месте?

– Ну, наконец-то пошла нормальная еда!
– Олея придвинула к себе принесенную служанкой большую миску с густым супом из говядины с капустой и перловкой.
– Ой, как вкусно! И, главное, тут нет этой проклятой баранины, от которой меня уже тошнит!

– Заелись вы, моя дорогая!
– к тому времени Бел уже вовсю наворачивал ложкой свою порцию.
– Впрочем, у каждого свой вкус.

– Бел… - Олея то и дело поглядывала в сторону окна, откуда была видна коновязь.
– Не знаю, как ты, а я с ужасом думаю, что вскоре надо будет снова садится на наших лошадей. Боюсь, они рухнут прямо под нами!

– Ты, наверное, хотела спросить, как мы будем садиться на этих доходяг… - Бел с досадой покачал головой.
– Надо признать, что этот вопрос беспокоит и меня. Знаешь, тут я, конечно, лопухнулся: когда мы с тобой уходили из Маргала, надо было взять других лошадей, допустим, лошадь Наварга или его охранников… Ну да что теперь об это сожалеть!

– Интересно, для кого их держал Наварг?

– Не для кого, а для чего. Ты заметила, как спокойно и привычно лошади передвигались в темноте? Все очень просто: эти старушки многие годы ходили по одному и тому же маршруту, до границы и назад, перевозили контрабандные грузы. Я знаю эту породу: выносливые, крепкие, но вот что касается быстрой езды, то это не к ним.

– Так что же нам сейчас делать?

– Думай - не думай, но у нас нет иного выхода, кроме как купить новых лошадей - на этих мы все одно далеко не уедем.

– А с деньгами у нас что?

– Если честно, то дела не очень хорошие. На двух лошадей мы, конечно, наскребем, но после того у нас с деньгами будет, как говорится, впритык.

– Нехозяйственные мы с тобой люди… - вздохнула Олея, выгребая ложкой остатки капусты.
– Хороший супчик, только вот жаль, что мало!

– Я нам еще жареную утку заказал, вот-вот должны принести.

– Бел, я тебя люблю!

– Приятно слышать… - ухмыльнулся тот, тоже отодвигая от себя пустую миску.
– Теперь знаю, что мне надо купить в дорогу, чтоб вечерком еще раз услышать от тебя подобное признание. А если говорить серьезно, то не стоило бы нам с тобой сейчас так набивать живот, а не то от сытной еды в сон начнет клонить. Сама знаешь, волка ноги кормят.

– Ничего, один разок можно себе позволить праздник живота.

– Ну, разве что только один.

– Бел, так где мы будем покупать новых лошадей?

– Здесь же, в поселке. Или в соседнем, если сейчас здесь нет ни одного торговца лошадьми, но, как правило, такие имеются едва ли не в каждом большом селении при дороге.

– А этими что делать? Будем продавать?

– Их?
– фыркнул Бел.
– Боюсь, для того, чтоб их взяли, нам еще придется немало приплатить. Не тот товар, чтоб на него покупатели налетали. Только что на живодерню вести… - О, вот и наша долгожданная птичка!

И верно: немолодая служанка поставила на стол перед беглецами миску с порезанной на куски жареной уткой, и потащила дальше тяжелый разнос с едой.

– Еще нам надо купить новую одежду… - Олея вытащила из миски с самый поджаристый кусок.

– Это верно… - теперь уже и Бел не зевал, выбрал себе кусок побольше.
– Для этих мест наша одежда пока что сойдет, но когда окажемся дальше… Вот там мы будем выделяться.

– Кстати, тебе не показалось, что здесь несколько прохладнее? Или я просто уже стала привыкать к южной жаре…