– А та селянка, вдова… Ты как считаешь, она осталась вне подозрений?

– Хочется на это надеяться… Значит, так: если в течение ближайшего времени никого не встретим, то начнем кричать.

– Что именно?

– Да что угодно! Хоть "ау", хоть "помогите", выбирай, что больше нравится. Надеюсь, хоть тогда сони - погранцы нас услышит.

Впрочем, кричать стали куда раньше, и едва не сорвали горло в надежде, что хоть кто-то услышит их призыв, но, увы, никто не окликался. Наступало обычное хмурое осеннее утро, под ветром чуть шумели кроны высоких деревьев, несколько раз до людей доносился стук дятла, а людей так и не было видно. Да, судя по увиденному, не сказать, что границы Руславии на замке.

– Слушай, давай передохнем?
– предложил Бел, кивая на несколько поваленных деревьев.
– А то у меня уже нет сил драть глотку впустую!

– Да, немного отдохнуть не помешает…

Однако едва беглецы уселись на поросший мхом ствол, как позади них раздался насмешливый голос:

– Ну, и какого лешего вы тут орете? Всю живность в округе распугали своими воплями…

Олея и Бел одновременно оглянулись. За ними стояло трое вооруженных мужчин в военной форме. Конечно, Олея не разбиралась в том, в какой именно одежде и с какими знаками отличия ходили солдаты тех или иных войск, но, кажется, что сейчас перед ними, и верно, были пограничники.

– Ой, наконец-то!
– обрадовано выдохнула Олея.

– Ого!
– хохотнул один из стражников, молодой парень с жидкими светлыми усиками, с насмешкой глядя на сидящих людей.
– Нечасто нарушители границы при виде нас так радуются! Обычно бывает наоборот.

– Так сколько кричать можно?!
– возмутилась Олея.
– Мы едва голоса не сорвали в надежде, что вы нас услышите!

– А мы не глухие, и услышали вас вовремя, и углядели, когда надо. Только вот одно непонятно: откуда вы тут взялись, такие красивые?

Красивые… Олея невольно представила со стороны и себя, и Бела: драная одежда в многочисленных прорехах, сквозь которые торчат сухие листья, грязные лица, взлохмаченные волосы… Женщина почувствовала, как кровь бросается ей в лицо, а язык просто-таки прилип к нёбу, но тут в разговор вступил Бел:

– Представьтесь.

– Чего?
– подобного требования от этих людей, куда больше смахивающих на последних бродяг, стражник никак не ожидал услышать.

– Согласно устава пограничной службы стражники, встретившие неустановленных людей вблизи подконтрольного объекта… - ого, а голос у Бела сейчас такой, что не прислушаться к нему было просто невозможно. Подобным тоном говорят настоящие офицеры, и стражники это хорошо поняли. Вслушиваясь в то, как ее муж холодно перечисляет пограничникам их права и обязанности, женщина поневоле почувствовала гордость: сама бы она так сказать никогда не смогла.

– Восьмой пограничный полк, десятая застава… - неохотно заговорил самый пожилой в этой тройке.
– Теперь прошу вас назваться и сообщить, по какой причине и на каком основании вы пересекли границу Руславии.

– Операция тайной стражи… - в руке Бела блеснул овальный значок.
– Прошу сейчас же провести нас на заставу, к вашему командиру. И попрошу поторапливаться: дело не терпит отлагательств.

Кажется, подобного заявления не ожидал услышать никто из стражников. Эти нарушители границы, одетые едва ли не в нищенское рванье, никак не походили на тех, кто может иметь хоть какое-то отношение к всемогущей службе, о которой одни говорят с неприязнью, а другие с восхищением. Так может, эта непонятная парочка где-то украла значок, или же он просто-напросто поддельный? Пограничники чуть растерянно переглянулись между собой, не зная, как им следует себя вести.

– Послушайте… - вновь заговорил пожилой.
– Мы не обязаны…

– Перестаньте!
– оборвал его Бел.
– Вашего командира должны были поставить в известность о том, что на каком-то участке границы с Байсином ожидается переход одного или нескольких человек, при появлении которых необходимо безотлагательно сообщить командованию или же представителю тайной стражи. У меня нет никаких сомнений в том, что подробный приказ вашим командиром был доведен и до каждого из подчиненных. Так что я попрошу вас вспомнить о своих служебных обязанностях и проводить нас на заставу.

– Ну, пошли… - неохотно кивнул головой пожилой.
– На заставе командир разберется, кто есть кто.

– Мне сложно идти… - Бел чуть поморщился от боли.
– Вы не могли бы подать мне какую-нибудь крепкую палку? Вон там, кажется, лежит подходящая…

Пограничники вновь переглянулись, но ни один из них не двинулся с места, неприязненно глядя на сидящих людей, а на их лицах было написано что-то вроде того: пусть этот обтрепанный мужик представляется хоть посланником самого Правителя - это его дело, но бегать для него за палкой… Еще чего! Если ему что-то надо, то пусть берет сам. Или свою бабу посылает за этой деревяшкой…

Тут даже Олея поняла, что надо немедленно дать понять пограничникам, что не всегда оболочка соответствует содержанию, или, проще говоря, мужики должны воочию узреть: донельзя ободранный вид нарушителей границы вовсе не означает, будто они не те, за кого себя выдают. Повернувшись к мужу, Олея спокойно спросила:

– Которая палка тебе нужна? Вон та? Сейчас… - и женщина послала хлыст в сторону лежащей в отдалении палки. Рывок - и на глазах растерянных пограничников узловатая палка, пролетев по воздуху, точно упала у ног Бела. Тот поднял ее, повертел в руках и покачал головой - не подходит…