«Это все, – испуганным воробушком затрепетала в голове мыслишка. – Нет! Не все! – вторила ей другая. – Нельзя сдаваться! За жизнь надо бороться!»

«Бороться! Бороться!!!» – завопил кто-то в кошачьей голове Дэниела. Дэниел приподнял таз, упер задние лапы в землю и попытался еще раз отрыгнуть чертов кусок чипсы. Кровь в голове шумела, глаза заволакивала белесая пелена, в легких не было ни грамма воздуха, но Дэниел не обращал на это внимания, лихорадочно пытаясь прочистить горло. В конце концов, усилия Дэниела оказались не напрасны. Злополучный кусок чипсы выскользнул из горла и упал на траву. Дэниел жадно втянул носом воздух, еще и еще.

«Так-то лучше», – пронеслось в голове.

Какое-то время Дэниел стоял, оперев голову о землю и закрыв глаза. Дыхание его выровнялось, сердцебиение нормализовалось, мысли потекли плавно, размеренно.

Дэниел открыл глаза и посмотрел на коробку с чипсами.

«Что б я вас больше ел, да никогда в жизни».

Дэниел отвернулся от чипсов и посмотрел по сторонам. Едва опасность миновала, голод снова напомнил о себе настойчивыми позывами в желудке. Взгляд Дэниела снова устремился в сторону чипсов.

«Нет, ни за что. Мне хватило одного раза».

В животе, словно протестуя против решения Дэниела, что-то заурчало. Дэниел окинул взглядом пространство вокруг. Ничего съестного кроме чипсов здесь не завалялось. Взгляд Дэниела задержался на островке зеленой травы. Можно было, конечно, и траву пожевать, и таким образом хоть немного унять голод, но Дэниелу эта идея не понравилась. Он еще не настолько оголодал, чтобы есть траву, особенно когда рядом сумки с продуктами. Дэниел вспомнил про сумку Грега, из которой стащил чипсы. Кроме чипсов там можно было много чем еще разжиться. Ободренный такими мыслями Дэниел собрался, было, вернуться к старику и его сыну, но новая мысль заставила его на какое-то время забыть и о старике, и о его сыне.

Дэниел приблизился к пачке с чипсами и посмотрел на нее сверху-вниз. Чувство удовлетворения вспыхнуло в груди, когда он подумал, что сейчас сделает с этой коробкой. Сейчас он не только удовлетворит чувство мести, но и добудет вполне безопасное питание.

Целую минуту Дэниел стоял и буравил взглядом коробку с чипсами, затем резко подпрыгнул и приземлился прямо на коробку, затем еще раз и еще. Чипсы трещали, фольга шелестела под тяжестью кошачьего тела, но Дэниел все прыгал и прыгал, пока от коробки с чипсами не осталось сплющенное картонное пятно.

Дэниел прекратил прыжки и возрился на то, что некогда было коробкой с чипсами, затем вцепился зубами за фольгу и вытащил ее из коробки. Некогда ровные пластинки чипсов превратились в чипсовый песок. Дэниел засунул голову в дырку в фольге и лизнул содержимое.

«Теперь бояться точно нечего», – подумал Дэниел, глотая чипсовую кашицу, результат смешения чипсового песка и слюны.

Утолив голод, Дэниел выкопал под деревом ямку, спрятал туда остатки чипсов, завернутые в фольгу, и закопал их. Посмотрев на результат проделанной работы, Дэниел довольно кивнул головой и направился к озеру. Обойдя место, где старик с сыном занимались палаткой, Дэниел приблизился к озеру, склонился над его прозрачной гладью и принялся лакать воду, затем, напившись, лег на берегу рядом с кромкой воды и посмотрел на озеро. Из-за деревьев доносились голоса старика и Грега, но Дэниел не прислушивался к тому, о чем они говорили. Их разговоры его мало интересовали, особенно сейчас, когда забота о хлебе насущном отошла на задний план его настоящего.

Подул ветерок, и легкая дрожь змейкой побежала по озеру. Дэниел положил голову на передние лапы и рассматривал рыбок, плавающих у берега. Рядом шелестели заросли тростника. Над головой вилась мошкара, носились с тихим трескотом стрекозы и жуки.

Дэниел перевернулся на спину и пробежался взглядом по голубому небу, кое-где укрытому белой шапкой низко плывущих облаков. За одной из таких шапок скрылось и солнце, видно, решив отдохнуть от излишней суеты окружающего мира. Из воды выползла зеленая большущая жаба и уставилась на Дэниела пристальным немигающим взглядом своих больших глаз.

Дэниел перевернулся на бок, заметил жабу и поднялся с земли. Подойдя к жабе, он поднял лапу и легонько стукнул жабу по голове. Жаба опустила голову, моргнула, не спеша развернулась и прыгнула назад в воду. Раздался тихий всплеск, и по воде побежали круги. Рыбешки, кормившиеся среди водорослей, напуганные жабой, шарахнулись в стороны и скрылись в темной озерной глубине.

Неподалеку, чуть дальше по берегу, послышались голоса. Дэниел повернул голову на звук и увидел старика и Грега. В руках они держали зачехленные удочки. Дэниел знал, что старик взял с собой три удочки. Сейчас же в руке он держал только одну. Впрочем, как и Грег.

«Видать, старик с сыном решили разведать клев, а заодно на вечер уху сварить», – подумал Дэниел, наблюдая за парочкой, спрятавшись за высокой ивой, одной из многих, что росли у озера.

У воды старик с сыном остановились, положили удочки на траву и полезли в карманы штанов за сигаретами. Какое-то время они курили и разговаривали, бегло окидывая взглядами озеро, затем расчехлили удочки, соединили удилища, наживили крючки и забросили их в воду подальше от берега.

Грег что-то сказал отцу, развернулся и направился к палаткам. Спустя минуту-вторую он вернулся, держа в руках два раскладных стульчика. Один отдал отцу, второй оставил себе. Разложив стул, Грег уселся рядом с отцом, достал из кармана куртки две баночки с пивом и протянул одну отцу, затем открыл свою и приник к ней губами. Отпив из баночки, Грег поставил ее на землю возле стульчика, застегнул под горло куртку, поправил на голове бейсболку и вытащил удилище из воды. Проверив наживку, Грег снова забросил удочку.