Где же она?

Вот я увидела ножку, маленькую бледную ножку, запутавшуюся в длинных черных водорослях. Мне не хватало воздуха. Как долго я пробыла под водой? Казалось, грудь сейчас лопнет. Я представила, как лопается надутый бумажный пакет.

Я схватила ножку и увидела тело Хизер в розовом купальнике, ее большие глаза, в которых застыло изумление — не испуг, а крайнее удивление. Будто она не могла понять, как все произошло.

Я потянула раз, потом еще и выдернула ножку из плена водорослей. Прижимая девочку к себе с неизвестно откуда взявшейся силой, я вытаскивала ее из водорослей. Воздуха не хватало, голубовато-зеленая вода вдруг стала ярко-красной, и я уже решила, что грудь все-таки не выдержала.

В этот момент мы всплыли на поверхность. Подняв Хизер над головой, я жадно вдыхала воздух. Я давилась, задыхалась, выплевывала воду, и тело содрогалось при каждом вдохе. Красный цвет исчез, все меркло на ярком солнечном свете. На ярком, золотом солнце, которое я была так счастлива увидеть снова.

Я держала Хизер высоко над водой. Сама того не понимая, я поднимала ее к солнцу, чтобы девочка оттаяла, согрелась, вернулась к свету и жизни.

«Она дышит? Она жива?»

Да! Через секунду Хизер уже молотила руками, пиналась, задыхалась, сплевывая мутно-зеленую воду. Светлые волосы спутались, за купальник зацепилась длинная водоросль.

Сильно вздрогнув, она зарыдала. Рот открылся, и из груди вырвался долгий полувсхлип-полукрик, девочка рыдала, дрожа всем телом.

— Все хорошо, — успокаивала я, — Хизер, все в порядке.

Чувствуя огромную усталость, я побрела к берегу. Хизер зашлась в плаче, а я прижимала ее к себе.

— Где твои манжетки? Кто их снял?!

Хизер плакала слишком горько и не могла ответить. Брэндон не сдвинулся с места. Он стоял неподалеку, скрестив на груди худые руки, его лицо ничего не выражало.

Одной рукой обнимая Хизер, другой я схватила Брэндона и швырнула к берегу.

— Зачем ты это сделал? — заорала я, сильно сжимая его ладошку. Мне хотелось сделать ему больно, чтобы он ответил за то, что чуть не убил Хизер.

Мне просто необходимо до него достучаться!

— Как ты мог поступить так ужасно?

Его лицо расплылось в улыбке.

В ярости я сильно дернула Брэндона за руку и поволокла на берег. Хизер не могла успокоиться, она царапалась и пиналась.

— Хизер, все в порядке. Все хорошо!

Усадив девочку на камни, я повернулась к Брэндону, вновь собираясь на него закричать, как что-то привлекло мое внимание. Длинная белая юбка. Взглянув вверх, я поняла, что кто-то стоит рядом. Лицо незнакомки скрывала широкополая шляпа.

Вся в белом и похожа на призрак. Но вот она повернулась, и я узнала морщинистое лицо, покрытое толстым слоем пудры и румян.

У меня перехватило дыхание.

— О, миссис Брикер, здравствуйте! — наконец смогла произнести я. — Я думала, что вы в больнице…

Она смотрела на Брэндона не отрываясь, а потом медленно повернулась ко мне и подняла руку — я увидела тугую белую повязку.

Ее глаза сузились, и миссис Брикер помахала мне обрубком руки.

— Все опять началось! Все началось…

Часть 3

30

Дача Терезы располагалась на шоссе, но дома не было видно за высокой, аккуратно постриженной изгородью.

Харперы привезли меня вскоре после пяти. Поблагодарив Эбби и Чипа, я пошла по усыпанной гравием подъездной аллее, битком набитой машинами. За домом поблескивала вода Пиконийской бухты.

Громко ревела музыка, раздавались крики и смех. Мимо пронеслась красная летающая тарелка, а за ней наперегонки — два парня в плавках.

У парадной двери меня поджидала Тереза.

— Надеюсь, ты останешься до самого конца, — сказала она, пропуская меня внутрь. — Сегодня творится что-то невероятное.

Тереза провела меня в гостиную, заполненную парнями и девушками в купальных костюмах и шортах. Все громко болтали, пробовали напитки, смеялись.

Два парня тащили куда-то бочонок пива, а на огромной кушетке у стены обнимались и целовались несколько парочек.

— Ура! Моя первая вечеринка на шикарной даче в Хэмптоне! — вскрикнула я.

Наверное, это прозвучало немного иронично, только я правда очень ждала этого вечера.

— Ну давай я покажу тебе шикарную дачу! — предложила Тереза, взяв меня за руку.

Она продемонстрировала мне все пять спален, где лепились друг к другу раскладушки, а на полу валялись спальные мешки. С другой стороны к гостиной примыкала комнатка, где парни развлекались с игровой приставкой, подключенной к огромному телевизору. Они кричали, подбадривая друг друга, как на стадионе.