По обрывкам разговора Рита Ивановна поняла: случилось что-то чрезвычайное.

— Это очень серьезно? — спросила она у Николая.

— Видимо, да. Иначе бы Иван хоть что-нибудь да сказал.

Утром, чуть свет, Николай ушел, а Рита Ивановна, привыкшая вставать рано, сначала обошла сад, отметив его ухоженность, вышла на улицу и, завернув за угол, направилась в сторону леса. Прошла еще две улицы и оказалась на пустыре рядом с небольшой речушкой. Травы вокруг почти не было — она была скошена или съедена овцами, козами и телятами, которых каждый день выводили хозяйки и привязывали на длинных веревках. Вот и сейчас какая-то женщина вывела уже довольно большого теленка и стала забивать железный кол. Стук молотка далеко разносился по долине и эхом отдавался в лесу.

Рита Ивановна знала, что где-то недалеко отсюда находится Армянский монастырь, уже давно бездействующий, но развалины сохранились довольно хорошо, и туда даже возили экскурсии. Как пройти к монастырю — не знала, поэтому решила спросить у женщины, которая привязывала теленка.

— Нет, это рассказать невозможно: там столько поворотов, нужно обязательно идти с кем-то.

— Куда это вы собираетесь? — услышала Рита Ивановна знакомый голос и, повернувшись, увидела идущего со стороны речки Николая Николаевича, голого по пояс и с полотенцем через плечо.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он, и только подойдя ближе, произнес: — Здравствуйте!

— Здравствуйте, — сказала Рита Ивановна, — вы столько задали вопросов, что я не знаю, на какой отвечать.

— Для меня главный: как вы себя чувствуете? — улыбаясь, сказал Николай Николаевич.

— Спасибо, удивительно легко. А куда я собираюсь? Просто прогуляться решила, да подумала: не пройти ли к монастырю?

— Если хотите, я провожу вас. Но вначале надо позавтракать, потом я вам продиктую, а вы запишите в отдельную тетрадь, как вы должны будете жить в дальнейшем. Иначе… иначе, хотя ваша хворь и не слишком опасная, но можно дойти до цирроза печени и так далее.

— О чем это вы? Что я — алкоголичка?! — возмутилась Рита.

— Успокойтесь, я вам говорю то, что есть. Если не хотите лечиться — мучайтесь дальше, но я вам этого не советую.

— Ну, хорошо, подчиняюсь, только вы не слишком командуйте!

— Вы, милочка, не ерепеньтесь, считайте, что вам повезло со мной. Именно по таким болезням я долгое время работал с профессором Добровольским и кое-что почерпнул у него — это, во-первых, а во-вторых, мне очень нравится Ваня, а раз вы его родственница, то вас надо беречь.

И Николай Николаевич грубовато взял Риту под руку и повел домой.

— Ну вот, было отличное настроение, а теперь…, — грустно проговорила Рита, подчиняясь воле неумолимого соседа.

— Ничего, ничего, настроение — это дело наживное, а монастырь от вас не уйдет. Не пройдет и недели, как мы его посетим.

— Никуда я с вами не пойду! — серьезно сказала Рита Ивановна.

— Пойдете, куда вы денетесь! Я вам таких страхов понарисую, что вы сами прибежите ко мне лечиться. Кстати, Иван тоже в монастыре не был, — уже мирно сказал Николай Николаевич.

Возле дома они расстались.

— Вы там долго не рассиживайтесь, через полчаса я буду у вас, — крикнул он издалека.

— Вот прицепился! — вслух сказала Рита.

Через полчаса он пришел со своим саквояжем и начал раскладывать инструменты. Рита Ивановна уже убрала в комнате и теперь молча села в кресло.

— Мне надо измерить ваше давление. Вы уж меня простите за бестактность, — извинился он.

— Знаете, я как-то не привыкла, чтобы мною командовали! — нахмурилась Рита.

— Нет, вы уж, пожалуйста, подчиняйтесь! Иначе скажу Ване. Ваня для меня авторитет, а для вас?

— Я его второй раз в жизни вижу, если не считать его детства.

— Как это «второй раз»? — не понял Николай Николаевич.

— Ладно, меряйте свое давление.

— Не мое, а ваше! Измерив давление, Николай Николаевич сказал:

— Давление, отличное, так что сердце мы исключаем. А вот нервишки… Вы когда-нибудь Богу молились?

— Как молилась? Креститься, что ли?

— Да нет, вот чтобы стать на колени и бить челом. Знаете, что такое «бить челом»?

— Вы что, издеваетесь?

— Отнюдь, — серьезно произнес сосед. — Вам надо ежедневно, желательно утром и вечером, делать такие упражнения: стать на колени и наклоняться головой к полу и задерживать наклон вначале на две секунды, потом на три и так далее, доводя до одной минуты, сначала медленно подниматься, а потом все быстрее и быстрее — по системе йогов. Это называется «промывание мозгов», а у нас — «молиться Богу». У вас, наверно, часто болит голова?

— Болит, больше затылок,