— Начальник склада ПДИ старшина Исаев!

— Ну, вот тебе и наш человек тут, — улыбнувшись в усы, сказал полковник, обращаясь к майору, а Ивану, протянув руку, сказал:

— Полковник Попов, командир части, которая будет стоять на этой базе.

— Майор Дубов, — представился другой.

— Ну что, сынок, покажи-ка нам ваши владения, — попросил Попов уже совсем по-домашнему.

Обошли классы, склады, проехали по аэродрому.

— Тебя как зовут-то, старшина? — опять спросил полковник, когда они закончили осмотр.

— Иваном, товарищ полковник.

— Ого, Иван — это даже символично, как ты считаешь, Павел Петрович? Русское имя.

— Так точно, товарищ полковник! Может, с него и начнем нашу книгу приказов?

— И я о том же думаю, а ты, Ваня, как?

— Я что-то не пойму, о чем вы? — спросил Иван.

— Да о том, чтобы ты у нас служил в части.

— В каком качестве?

— Как есть — завскладом. Ты вот сколько получаешь?

— Сто четыре рубля, у меня ставка.

— А у нас сколько будет, Павел Петрович?

Дубов заглянул в штатную книгу.

— Сто семьдесят и за прыжки еще.

— Надо подумать, — сказал Иван.

— Думай, Ваня, думай, такие, как ты, нам нужны.

— У меня есть друг, мастер спорта, тоже по-армейски старшина, если бы вы его взяли… Только он женат, детей, правда, нет, — вдруг неожиданно для самого себя сказал Иван.

— А где он сейчас, друг-то?

— Недели через две будет тут.

— Запишите, Павел Петрович, и его.

Дубов записал Николая Овсиенко в другую тетрадь.

— Только с квартирами у нас будет пока туговато — сами из Одессы на машине приехали, а ночевать пока негде, — сказал Попов.

— У меня дом в Старом Крыму, можете остановиться, — предложил Иван.

— А еще кто там есть? — спросил Дубов.

— Да никого, я один пока.

— И что отец, мать, тетки, дядьки? — заинтересовался Попов.

— Никого, — вдруг поник Иван.

Полковник сразу переменил разговор.

— Меня-то вообще Александром Васильевичем зовут, можешь меня так звать, а майора — Павел Петрович: тебе, Ваня, разрешаю. Может, поедем, посмотрим твой дом?

— Не могу, надо сторожа дождаться, а он приедет только к семнадцати часам, да потом надо начальнику ДОСААФ позвонить, мы ему подчиняемся.

— С начальником ДОСААФ все решено, мы к нему заезжали утром, но ты все, же позвони, а насчет сторожа сейчас решим, — и полковник что-то сказал Дубову.

Иван вернулся к телефону, позвонил начальнику — доложил обстановку, а под конец разговора трубку попросил Попов.

— Николай Васильевич, это Попов, считай, что твой объект принят, акт я подписал, и Дубов тебе его сегодня привезет. Могу с сегодняшнего дня твой штат забрать и охранников тоже, но сторожа нам недели через две не понадобятся, а вот Исаева я бы забрал на всю оставшуюся жизнь. Добро, так и решим… Ну что, Ваня, я тебя от обязанностей сторожа освобождаю, оставим здесь временно бойца, так что садись в машину и поехали.

— Да нет, у меня свой конь есть, — и Иван вывел из склада «Яву».

— Тогда давай впереди, а мы за тобой.

Дубов сел за руль, солдат — на то место, где совсем недавно размышлял о своей жизни Иван. Да, все течет, все изменяется. Так вот и сейчас судьба делала новый поворот в жизненной дороге Ивана, и кто его знает: выведет ли этот поворот хотя бы на относительно прямую дорогу — неизвестно, но поворот наметился явный.

Солнце стояло в зените, и почти рядом над аэродромным полем воздушные массы играли самыми красочными миражами, от всплесков голубых волн до низких бледно-красных всполохов пожарищ.

— Смотрите! Будто река впереди, — сказал Александр Васильевич, указывая на миражи. — Ну что же, поплыли с Богом!

И они поплыли. Николай Николаевич, сидевший в тени на веранде, был удивлен необычной колонной, которая подъехала к дому Чубаровых. На мотоцикле Иван, а на «газике» — двое военных. «К чему бы это?» — подумал пожилой фельдшер, направляясь к калитке.

— Вот, пожалуйста, классный фельдшер Николай Николаевич, — представил его Иван военнослужащим.

Поздоровались.

— Да, дом отличный, только уж больно обветшалый, — сказал полковник.

— Обветшаешь, если столько лет никакого за ним ухода не было, — сказал дядя Коля. — Ну, вот теперь новый хозяин им займется, — указывая на Ивана, закончил он.

— Так вы его купили, Ваня? — спросил Дубов.

— Да нет, тут длинная история. Я не знал о его существовании до прошлого года, а вообще дом теперь мой.

«Какой-то он весь в загадках, — подумал полковник, — но ничего, разберемся», — а вслух сказал:

— Усадьба что надо! Ну что, Павел Петрович, останавливаемся тут?