– Вот как? Что ж, придется мне следить за каждым своим шагом, а?

Трэвис угрожающе шагнул вперед, и Элли негромко вскрикнула:

– Не трогай меня, ты, похотливое животное.

Отскочила, повернулась и помчалась к двери.

Трэвис с легким отвращением наблюдал, как бывшая невеста вырвалась из его злобных когтей. Джулиана никогда бы не сбежала. Она бы твердо стояла на своем.

Снова устроившись за письменным столом, он уткнулся в стопку документов, которые изучал несколько минут назад. Слова Элли стучали в голове.

«Пришлось выбирать между тобой и семьей».

Ясно, что он слукавил, когда сказал, что Джулиана совершенно уникальный человек. У них с Элли имелась одна очень важная общая черта. Преданность семье.

Не дай Бог оказаться в такой же ситуации с Джулианой, как пять лет назад с Элли… когда женщина вынуждена выбирать между ним и семьей. Безнадежное дело.

И вновь вернулся к вопросу – что произойдет, если он не сумеет сохранить «Пылающую долину»?

Дверь распахнулась, и Джулиана ворвалась в кабинет с бумажным пакетом с логотипом «Очарования» в руках.

– Ну, и чем же ты тут занимался с моей кузиной, похотливое животное?

Лучезарно улыбнулась, поставила пакет на стол и извлекла огромную чашку кофе.

Трэвис изучал ее с легкой насмешливой гримасой. Сегодня она выглядела особенно шикарно – пышная в складках юбка, мужская обтягивающая майка и рубашка с широкими рукавами.

– Похотливое животное? – повторил Трэвис, жадно глядя на чашку кофе.

– Цитирую слова кузины.

Джулиана достала вторую чашку и села на стул, только что освобожденный Элли.

– Насколько я понимаю, здесь имела место небольшая сцена?

– С Элли тяжело избегать даже небольших сцен. Она всегда набрасывается с разбега, когда затронуты ее интересы.

Трэвис открыл крышку и блаженно вдохнул восхитительный аромат.

– То, что нужно.

– Я сочла, что тебе пора сделать перерыв. Решила сэкономить тебе время на поход в «Очарование». Кроме того, мне нужно перевести дух. Мы с Мелвином снова поругались. Так о чем вы с Элли спорили?

– Она считает, что я шантажом заставляю тебя спать со мной, – поведал Трэвис, глядя на Джулиану поверх чашки и сделав глоток роскошного темного напитка.

– И она тоже, да?

– Не удивлюсь, если Сэнди, Мэтт, твои родители и Тони Грант подозревают то же самое. Бьюсь об заклад, в этом вопросе они практически единодушны.

– Жаль, что это неправда, – заметила Джулиана. – Мысль поистине возбуждающая.

– Не очень-то ты радовалась тем вечером, когда я пришел к тебе с этой поистине возбуждающей мыслью, – посуровел Трэвис. – Насколько я помню, ты вышвырнула меня из квартиры, услышав предложение подарить мне свое прекрасное тело в качестве гонорара за сохранение курорта.

– Естественно, вышвырнула. Пришлось, ради тебя же самого.

– Ради меня самого?

– Конечно. Согласись я на твое предложение, и ты в кратчайшие сроки дошел бы до полного изнеможения.

Трэвис осторожно поставил чашку.

– О чем ты?

– О настоящей причине – о романе с тобой. Каждый раз, когда я целовала бы тебя или признавалась в любви, в глубине души ты неизбежно задавался бы вопросом, искренна я или притворяюсь, чтобы заставить тебя работать, как лошадь, во имя спасения курорта. А так мы полностью отделили личные отношения от деловых.

– Как всегда, на шаг впереди, да? – недовольно скривился Трэвис.

– Ничего не могу с собой поделать. Такая уж у меня натура. Признаюсь – исключительно ради тебя решительно воспротивилась захватывающей попытке шантажа.

Джулиана встала на ноги и обошла стол. Глаза сияли соблазнительным озорным весельем.

– Хотя ни на секунду не сомневалась, что приму замечательное интригующее предложение.

Трэвис усмехнулся, отодвинул чашку, дернул насмешницу к себе на колени и стиснул в объятиях.

– К твоему сведению, если бы ты сразу согласилась, я бы не слишком переживал по этому поводу.

– Нет? – поцеловала она его в шею.

– Нет. В следующий раз, когда вознамеришься совершить что-то ради меня, сначала проконсультируйся со мной, хорошо?

– Хорошо, – уткнулась она ему в шею. – Когда у тебя следующая встреча?

– На сегодняшнее утро у меня не запланировано никаких встреч.

Трэвис провел рукой по мягкому бедру, ощущая растущую твердость в нижней части своего тела. «В этой женщине меня возбуждает буквально все», – удивился он и погладил густые рыжие волосы.