А на другой день, в субботу, позвонил Руслан. К тому моменту Елена уже точно знала, что получила работу, и потому в ее голосе звучали радостно-возбужденные нотки, которые немедленно уловил супруг.

– У тебя все хорошо?

Еще вчера она бы, возможно, ответила язвительно, усмотрев в этом вопросе скрытую ревность. Но сегодня Елена была счастлива и склонна всех прощать. Тем более, в ушах у нее до сих пор звучала отповедь Киры. Девушка на удивление точно выразила ее собственные сомнения по поводу предстоящего развода и заставила заново все обдумать. Поэтому Елена ответила мужу просто и правдиво:

– Устроилась на работу. Отличная новость, правда?

– М-м… – неопределенно протянул Руслан. – У меня вот тоже, вопрос насчет работы… Тут предлагают отъехать в командировку, на большой объект, в Самару… И это может затянуться на несколько месяцев, а то и на полгода.

Он шумно вздохнул, ожидая реакции. Но женщина молча слушала. Тогда Руслан продолжал, почти виновато: – Прежде я отказался бы, конечно… Из-за тебя и Тёмки. А теперь думаю поехать. Ты – как?

И Елена вдруг услышала со стороны собственный голос, спокойно произносящий:

– Поезжай, конечно. Нам с тобой нужно время все обдумать.

Они поговорили еще немного, главным образом, о ребенке, и все это время Руслан выражался так осторожно, будто боялся спугнуть хрупкое, вдруг установившееся спокойствие. Ни о Лере, ни о Михаиле не было сказано ни слова, и, кладя трубку, Елена подумала, что будет не так уж трудно избегать этих имен и впредь… «Если, конечно, я сама этого захочу!» – поспешила она добавить, словно с кем-то споря.

Лера позвонила в воскресенье. Она больше не упоминала о Руслане, из чего Елена сделала вывод, что тот ей не звонил и больше ни в чем не исповедовался. Женщина была даже раздосадована этим. Оказалось, нелегко сохранять вежливый тон, выслушивать рассказы подруги о дочке и даже отвечать ей, проглатывая слова, которые действительно хочется сказать. Устроить скандал и выяснить отношения раз навсегда было бы куда проще… Но Елена сдержалась, слыша мяукающий голос малышки на заднем плане. С трудом закруглив разговор, она решила как можно реже общаться с Лерой, в надежде, что та сама что-то поймет и исчезнет.

А сегодня, когда позвонил Журбин и попросил о встрече, Елена надеялась услышать хорошие новости о Михаиле… Но вскоре поняла, что Кира не торопи– лась сдерживать свое обещание. Звонить девушке и просить ее об этом снова смысла не было. «Если она до сих пор не решилась обратиться к следователю, это еще ничего не значит, – уговаривала себя Елена. – Она слишком потрясена всем происшедшим, и по– том, ведь были выходные. Кира позвонит Журбину сегодня вечером… Или завтра. Или, может быть, в среду…»

Переступая порог отеля, где ей отныне предстояло работать, Елена старалась безмятежно улыбаться и, возможно, преуспела в этом, потому что ни в эту смену, ни в последующие никто ни разу не спросил, что у нее случилось.

Михаил позвонил в конце рабочей недели, когда Елена понемногу начала осваиваться в сложном мирке, который представлял из себя новый отель с сотенной армией служащих. Женщина решала вопрос с внезапно отказавшей системой кондиционирования в кафе на третьем этаже и собиралась связаться с обслуживавшей отель фирмой. В этот миг у нее в кармане ожил телефон. Она выхватила аппарат, собираясь сбросить вызов, но, увидев имя на дисплее, облизала вдруг пересохшие губы и нажала кнопку ответа.

– Я на свободе! – выпалил мужчина и недоуменно добавил, словно предлагая разделить свое изумление: – Представь, Кира забрала заявление и договорилась со следователем, что мы решим дело семейно… А ему-то что? Ему эти драгоценности до лампочки!

– Рада за тебя. – Елена ответила так тихо, что мужчине пришлось переспросить.

– Давай встретимся? – предложил Михаил уже менее напористо. – Понимаю, ты на меня злишься, и у тебя много вопросов, но…

– Я совсем не злюсь. И вопросов у меня никаких нет. Ни одного.

Наступило краткое молчание, по истечении которого Михаил осведомился, должен ли он понимать это как заявление об окончательном разрыве?

– Неужели трудно просто встретиться, поговорить?

– Я на работе. – Елена окончательно собралась с мыслями и больше не волновалась. Она была даже сердита на себя за то, что приняла так близко к сердцу этот звонок. – И у меня срочные дела. Но встречаться мы не будем по другой причине.

– Можно ее узнать? – уязвленно осведомился Михаил.

– Я замужем. Именно это я и должна была сказать полгода назад, когда ты подобрал меня на дороге. У меня любящий муж и замечательный сын.

– Что же ты тогда этого не сказала?! Не поздновато ли теперь играть в добродетель…

– В самый раз, – оборвала его Елена. – И знаешь, я, кажется, понимаю, почему так долго тянула со свиданием наедине. На самом деле, я его не хотела. Мне хотелось играть в любовь, наполнить свою жизнь какой-то тайной…

– А теперь ты, значит, уже ничего не хочешь? – Голос мужчины вибрировал от обиды и подавленной злобы. В нем слышалась претензия, как у покупателя, который, убив время в очереди, вдруг узнал, что нужного товара в продаже нет.