Пакетт раскусил орех.

— Продолжайте, обвинение, но взвешенно, иначе я лишу вас слова.

— Что? — воскликнул Джордан.

— Здесь я судья, — твердо сказал Пакетт и повернулся к Барри. — Начинайте.

Джордан вернулся на свое место, подумав, что теперь, по крайней мере, у него появился повод оспорить решение суда. Он опустился на стул и тронул Криса за плечо.

— Не знаю, что она задумала, — прошептал он. — Просто смотри на меня, я тебе кивну или стану возражать, если она выйдет за границы дозволенного.

В этот момент к ним подошла Барри.

— Доктор Люмбано, я хочу попросить подсудимого мне помочь. — Она улыбнулась Крису. — Не могли бы вы встать, мистер Харт?

Крис бросил взгляд на адвоката. Тот едва заметно кивнул. Крис встал.

— Благодарю вас. Вас не затруднит подойти сюда? — Она указала на место прямо между скамьей присяжных и свидетельской трибуной. — А теперь, мистер Харт, вытяните руки перед собой.

И сама вытянула руки вперед, словно чудовище Франкенштейна. Крис нерешительно исполнил ее просьбу.

Барри Делани шагнула в его объятия.

Крис вздрогнул. Ее руки ухватили его за полы пиджака, ее тело обожгло его огнем. Он стоял неподвижно, как каменное изваяние, когда ее голова опустилась на его правое плечо, на то же самое место, куда клала голову Эмили, когда он ее обнимал. «Что здесь происходит?» — не мог он понять.

— Мистер Харт, — сказала Барри приглушенным голосом, поскольку уткнулась ему в пиджак, — вы не могли бы меня обнять?

Крис посмотрел на адвоката, тот натянуто кивнул.

— А теперь вы не могли бы поднять левую руку и прижать ее к моему правому виску?

Не сводя глаз с Джордана, который, несмотря на все свои недавние протесты, сидел неподвижно, как чертов истукан, Крис повиновался.

Присяжным было отлично видно, что Крис стоит всего в двадцати сантиметрах от прокурора, — достаточно близко, чтобы левой рукой достать до правого виска Делани, а правой продолжать ее обнимать.

— А теперь, доктор Люмбано, — сказала Барри, — если бы в руке мистера Харта находился пистолет, какова вероятность того, что выпущенная мне в правый висок пуля оставила бы выходное отверстие в правой затылочной доле?

Судмедэксперт кивнул.

— Я бы сказал с огромной долей вероятности, что именно так бы и произошло.

— Благодарю, — произнесла Барри, выпустила Криса из своих объятий и быстрым шагом удалилась, оставляя его в одиночестве посреди зала суда.

— Господи! — прошипел Крис, красный как рак, когда плюхнулся на свое место. — Почему вы не вмешались?

— Не мог, — сквозь зубы ответил Джордан. — Если бы я стал вскакивать с места, присяжные подумали бы, что тебе есть что скрывать.

— Что ж, отлично! А что они думают сейчас: что я чертов убийца?

— Не волнуйся. Об этом я позабочусь на перекрестном допросе.

Адвокат встал, решив, что после подобного «спектакля» Делани уже не о чем спрашивать своего свидетеля, но был остановлен.

— Еще один вопрос, — произнесла Барри. — Что еще необычного в физическом состоянии Эмили вы обнаружили во время вскрытия?

— В день своей смерти Эмили Голд находилась на одиннадцатой неделе беременности.

Джордан закрыл глаза и опустился на стул.

— Мы все благодарим вас, доктор Люмбано, за то, что вы пришли сегодня в суд, — несколькими минутами позже начал допрос Джордан. — Нам также известно, что вы работали над тридцатью восьмью случаями суицида. Мы слышали, как вы перечисляли улики: наличие семенной жидкости, синяки, частички кожи под ногтями Эмили. Давайте рассмотрим эти улики в перспективе. Наличие семенной жидкости указывает на то, что был сексуальный контакт, верно?

— Да.

— Вам известно, насколько быстро у Эмили появляются синяки?

— Нет, — ответил судмедэксперт. — Могу лишь предположить, что поскольку она светлокожая, то синяки появляются легко.

— Могли ли эти синяки возникнуть в результате… — Он деликатно кашлянул и улыбнулся присяжным. — …слишком страстного момента во время занятий сексом?

— Могли, — признался судмедэксперт с непроницаемым лицом.

— А частички кожи под ногтями, доктор? Существует вероятность того, что частички кожи человека останутся у вас под ногтями, если вы нежно почешете ему спину?