— Да, вы хорошо знаете Дублин?

— Нет… Да… Я там никогда не была.

Но она хорошо знала Дублин. Она много читала о нем. Ее отец поехал туда после Парижа. Он много писал о Дублине.

— Вы не хотите поехать туда со мной? — У него была притягательная улыбка, глаза пристально смотрели на нее. — Прямо сейчас?

— Да, нет… я не знаю.

Она хотела, Боже, как ей хотелось этого, но она так боялась!

— Девушка по имени Мейв О'Коннор, с такими рыжими пламенными волосами, должна хотя бы раз съездить в Ирландию!! Поехали. — Он протянул ей руку: — Мой автомобиль стоит у входа.

Они проехали через железные ворота, охраняемые двумя золотыми львиными головами, и подъехали к дому, выкрашенному бежевой и зеленой краской. Здесь стояли два чугунных жокея в одежде красных и зеленых цветов.

— Это мои цвета на скачках, — пояснил Али. — Что вы хотите посмотреть сначала — дом или лошадей?

— Пожалуй, лошадей. — Мейв еще не была готова остаться с ним наедине в доме. Пока еще не была!..

— Вы ездите верхом?

— Да, конечно… Не очень хорошо… Но можно сказать — вполне прилично. — Казалось, что она никак не может дать ему прямой ответ.

Одна из веселых ирландских девушек, которые прислуживали в доме, подыскала ей костюм для верховой езды, и они отправились в конюшню. Они катались верхом, и позже, когда они вернулись в дом, Мейв чувствовала себя совсем измученной. Но она не знала — было ли это от верховой езды или из-за растущего напряжения. Она видела, что Али тоже был возбужден, но он не выглядел усталым. Они пили бренди в библиотеке. Глаза их встретились, воздух вокруг был словно переполнен электричеством.

— Мне бы хотелось посмотреть Дублин, — вдруг выпалила Мейв.

Али засмеялся:

— Прямо сейчас? Сию минуту? Уже поздно! Может, лучше подождать до завтра?

— Нет, пожалуйста. Поедем прямо сейчас!

Он пробыл в Дублине гораздо дольше, чем в Париже. Он сделал его домом для себя. Может, если она походит по тем улицам и увидит те же места, которые видел он, она отыщет хоть крупицу его существования. Мейв пыталась угадать, где он находится в это время.

Дорога до Дублина была узкой и извилистой, и Али сильно гнал машину. В одном месте им пришлось остановиться, чтобы пропустить стадо лохматых овец. Мейв чувствовала нетерпение Али. Он был мужчиной, который не привык ждать. Мейв смотрела, как лениво струится торфяной дымок из труб крытых соломой домишек. Он медленно рассеивался в туманном, теплом воздухе. Ирландская деревня, подумала Мейв, это место для неспешных мечтаний. У нее самой тоже была мечта, но Али Хан был мужчиной, живущим только ради настоящего.

— Что бы вы хотели посмотреть? — спросил он. — Может, пройтись по магазинам?

Мейв приехала сюда не для того, чтобы таскаться по магазинам.

— Сначала я бы хотела увидеть Книгу Келлса.

Али непонимающе посмотрел на нее.

— Она хранится в библиотеке колледжа Святой Троицы, — объяснила Мейв.

Конечно, Али никогда не видел Библию восьмого века, но, может, там бывал Пэдрейк, потому что Джойс писал об этой книге как об «источнике ирландского вдохновения!». А Пэдрейк О'Коннор восхищался Джеймсом Джойсом.

Они покинули колледж Святой Троицы, и Мейв сказала, что ей хотелось бы посетить дом, где родился Оскар Уайлд. Она знала, что он где-то неподалеку. Али Хан, казалось, забавлялся их прогулкой.

— Оскар Уайлд называл ирландцев величайшими ораторами после греческих! — сказала Мейв.

Али засмеялся и заявил, что он знал, что ирландцы — великие говоруны, но ничего не знал о греках. Мейв показалось, что он смеется над ней.

— Вас интересует литература? — поинтересовался Али. — Или вы интересуетесь только ирландскими писателями из-за вашего происхождения?

Мейв улыбнулась, но ничего не ответила. Что она может сказать? Что ее интересовал американский писатель, приехавший жить в Ирландию?

— Мы можем просто погулять здесь? — спросила она.

Они бродили вокруг, заходили в книжные лавки, пили виски в пабе Муки. Они постояли перед входом в театр Эбби и бродили по маленьким улочкам Северного Дублина. Но Мейв ничего не почувствовала. Она ничего не нашла здесь из того, что надеялась найти. Она также не почувствовала тот Дублин, о котором писал О'Кейси, — «Город скрытого очарования».

— Что вы ищете, Мейв? — спросил ее Али. — Может, я смогу вам помочь?

Она не могла, ему ответить. Мейв была уверена, что он не сможет помочь, что он никогда не читал Пэдрейка О'Коннора, — он был не из тех, которые смотрят на жизнь через призму любимых книг. У нее на глазах показались слезы. Мейв улыбнулась принцу и молча покачала головой.

— Бедная моя девочка, — сказал Али и крепко, обнял ее.

Она вспомнила, что писал Шоу о Дублине: «Для меня все настолько реально…» Она не нашла здесь, ничего реального. О, есть где-нибудь кто-то, кто похож на Пэдрейка, который мог бы заставить ее чувствовать себя живой?