— Здесь?.. В кабинете?..

— Нет, нет. Речь идет о том, чтобы мы могли встречаться, разговаривать с теми, кто находится в Центре, — пояснил Стрельцов.

— А зачем вам это? — холодно спросил Керим и, обойдя стол, сел в кресло. Он нервно закрыл голубую кожаную папку и, поочередно посматривая на ученых, повторил вопрос.

Левин поправил очки и спокойно пояснил:

— Мы в своих работах, используя все технические возможности, предоставленные вами, смогли приблизиться к черте, за которой начинается практическое воплощение идеи. Чтобы управлять психикой большого количества людей, надо хоть немного познать их, найти какие-то общие точки соприкосновения.

— Вы считаете, что уже готовы управлять ими?

— Управлять — еще нет, — ответил Стрельцов, — а вот воздействовать на отдельные поступки людей — пожалуй, да. Но нам не хватает общения с ними, чтобы проверить, как действуют наши сигналы.

— Понимаю. А вас, господа, не смущает то обстоятельство, что солдаты, которых я прикрепил к вам, не появляются?

— Вы — хозяин. И требовать от вас чего-либо мы не имеем права. Другое дело — наша работа. Здесь мы просто вынуждены высказывать вам некоторые просьбы, — сказал Левин и неожиданно признался: — Сегодня ночью я видел сон, что ко мне явился какой-то покойник и долго со мной разговаривал, — Левин улыбнулся и добавил: — Хотите верьте, хотите нет, господин Керим, но этот сон и натолкнул меня на идею начать вплотную работать с людьми.

— А к вам, господин Стрельцов, во сне никто не являлся?

— Я видел во сне жену, — хмуро ответил Стрельцов.

Керим молча смотрел мимо говорившего. Было видно, что он обдумывает предложение.

Стрельцов с уважением подумал о Левине:

«Молодец Абрам! Если ночью к нему приходил провокатор, то Абрам не утаил от Керима этого факта. Если же здесь дело серьезное, то Абрам не выдал то, о чем сообщил ему пришелец. Хотя, стоп! Абрам ничего не сказал об американце, и если визитера подослал Керим, то он увидит, что Абрам не все рассказывает. Хотя чего это я. Даже если это так, то Керим наверняка подумает, что Левин, считая приход незнакомца сном, просто забыл об американце».

— Хорошо, господа, — слегка хлопнул ладонью по голубой папке Керим, — считайте вопрос решенным. С сегодняшнего дня вы можете бывать, где хотите. Естественно, на территории Центра. Надеюсь, это ускорит решение вашей задачи.

— Хотелось бы… — нахмурился Стрельцов и, понимая, что беседа окончена, первым направился к дверям.

Только тогда, когда отошли от дома, они радостно улыбнулись друг другу.

— Ну вот, — хлопнул по плечу Левина Стрельцов, — а ты, дурочка, боялась.

— Ну, ты бы полегче, медведь! Бьешь, как кувалдой! — сморщившись от боли, потер плечо Левин.

— Ладно, извини, Абраша. Это я от радости. Не обижайся, скажи лучше, что дальше делать будем?

— Воровать.

— Ты имеешь в виду изобретение Хинта?

— Конечно.

— И когда? Сегодня?

— Естественно.

— А Керим?

— Что Керим?

— Он же может установить за нами слежку…

— Сегодня нет, а завтра — наверняка.

— Почему ты так считаешь?

— Пока отдаст указания, пока определит, кто будет осуществлять наблюдение… инструктировать… наверняка весь сегодняшний день уйдет, так что сегодня или…

— Никогда?

— Нет, боюсь, что слишком много времени уйдет, пока мы получим такую возможность.

— Не погорим?

— Не должны, — ответил Левин и решительно добавил: — Не имеем права гореть. Значит, так. Сейчас идем к Хинту, поболтаем, присмотримся и в обеденный перерыв начнем действовать.

Хинт был на рабочем месте. Стрельцов и Левин перекинулись с ним несколькими фразами, договорились встретиться в обеденный перерыв и направились в свою лабораторию.

Все, кто работал в лабораториях и заводских цехах, расположенных в толще гор, обедали отдельными группами в разных местах. Для этого в тоннеле имелось более десятка своеобразных кафе. Кормили неплохо, при желании можно было выпить чашечку кофе, бокал кока-колы или даже банку пива. Спиртных напитков не подавали.

Ученые из России питались вместе с коллегами из лаборатории Хинта и четырьмя — пятью молчаливыми арабами. Арабы быстро поедали свою пищу и тут же уходили. Они даже не смотрели на остальных посетителей.

Левин, Стрельцов и Хинт обычно садились за небольшой круглый стол и, в ожидании, пока подадут пищу, делились новостями, услышанными накануне по радио.

В этот день Хинт задержался в лаборатории и на обед пришел с небольшим опозданием.

Как только он показался в зале, Левин встал из-за стола и направился к дверям. Хинт, уступая ему дорогу, спросил:

— Абрам, вы уже пообедали?

— Да, Гревилл, да, и чувствую, что-то с желудком не в порядке. Приятного аппетита.