– Здесь помогла бы ковровая бомбардировка… – заметил полковник, рассматривая принесенную Саскелом карту, – однако такого оружия у нас нет.

На карту были нанесены с десяток старых недобитых целей, а также точки постоянного скопления скутеров. В некоторых местах джунглей речные рукава были утыканы наспех сколоченными пристанями.

– А знаете, сэр, мне вот еще какая мысль пришла в голову.

– Какая же?

– Как будут определять, нарушили ли мы границу территории самоопределения или нет?

– Забудьте, капитан Саскел, никаких ударов по лагерям мятежников мы наносить не будем. Это – сумасшествие.

– Нет, сэр, меня интересует сам принцип – как?

– Да очень просто. Самое страшное, если рухнет подбитая машина – тут прямая улика военному суду. Не такие очевидные, но тоже улики – крупные части от бомб и ракет, на которых можно найти заводскую маркировку.

– А если бомба упадет в воду?

– А какой нам прок от бомбежки воды? – полковник невольно улыбнулся.

– Это второй вопрос, а вот как насчет поиска улик в воде?

– Ну, это практически невозможно. Во всех водоемах в округе дно сильно заилено, вода мутная – много речного планктона, так что поиски, скорее всего, окажутся безрезультатными.

– Я вот почему спрашиваю, сэр… – капитан откашлялся. Он старался не смотреть полковнику в глаза, чтобы тому проще было отказать, если он почувствует, что такой ход будет опасным для его собственной карьеры. – Где находится лагерь командира Ферро, мы знаем.

– Ну допустим.

– Нетрудно себе представить, что происходит на берегу возле лагеря, если даже отдаленные речные протоки напоминают городские шоссе в час пик. Там должны скопиться десятки скутеров.

– Очень может быть, – осторожно согласился полковник.

– Так давайте попробуем садануть стофунтовой бомбой по воде – рядом с пристанью. Вертолет на десяти тысячах метров никто не разглядит – проверено уже, а потом он по-тихому смоется.

– И что мы получим?

– Взрывом, а точнее волной грязи, скутеры выбросит на берег. После этого, сами понимаете, такая техника уже никуда не будет годной.

Полковник помолчал, затем вздохнул и произнес:

– Они на нас тогда всех собак спустят.

– Сэр, но ведь их и так спустят, как только мы разнесем оставшиеся цели и эти временные пристани в джунглях. Разве не так?

– Увы, капитан, именно так все и будет. Давайте сделаем вот что – пусть ваши люди завтра с утра отправятся поближе к лагерю Ферро и посмотрят, что у них на пристанях происходит.

– Мы можем забросить их вот сюда, – сказал Саскел, указывая точку на карте. – У самой границы возле протоки. Отсюда до лагеря пять километров по прямой. Группа подойдет скрытно и понаблюдает с другого берега.

– Но как только они внесут метку в навигатор, пусть немедленно сообщат ее координаты. Удар нужно будет нанести сразу. Сначала по главной пристани, а затем по временным, которые находятся на нашей территории.

– А также по разведанным ранее складам, – добавил Саскел.

– Ну это само собой, – согласился полковник. – Следом за первым ударом пусть вступает в действие кавалерия – я имею в виду наши ветеранские машины, которых у нас уже якобы нет. Пусть разнесут на речных рукавах все, что мы засекли.

– Я бы хотел задать еще один вопрос, сэр… Вы думали, как с вами поступят эти сукины дети из штаба? Ведь если они действительно работают на врага, то могут пойти на самые крайние меры.

– Ну, во-первых, это только мое дело, а во-вторых… Какого хрена, капитан, вы задаете мне такие вопросы?

– Потому что, сэр, мы с вами находимся в одном окопе и мне не безразлична ваша судьба, как и судьба каждого солдата на этой базе.

– Ну, хорошо… – полковник повертел в руках карандаш. – Все эти инициативы большой риск для меня, однако выбора нет – если мятежники придут под стены базы и возьмут ее штурмом, меня первого вздернут на телефонном проводе. О каком риске после этого можно говорить? Так что отправляйте группу и не сомневайтесь, что мы делаем правое дело.

Как всегда, в самые ответственные моменты место за штурвалом занял пилот Байрон. Перед самым стартом Рихман показал ему на карте, куда нужно лететь, и Байрон выставил навигацию на нужные координаты.

Машина поднялась в воздух и, игнорируя привычный курс на запад, пошла на юг. Внизу промелькнула южная радиальная дорога, именно по ней Тони, Джим и его подружка Джеки шли «сдаваться» начальству.

Начался лес. Сюда, на юг, сержант Рихман посылал стажеров-разведчиков – Симмонса и Тайлера. Тони тогда выполнял задание, а Джим – бегал на свидание к дикарке Джеки.