– Кажется, вы вляпались в неприятную ситуацию, милочка.

– Прошу простить меня, мистер! Сама не понимаю, как это могло случиться! Я обязательно возмещу, моя страховая компания… Я сейчас принесу полис!

– Не нужно, я верю вам.

Но Линда не слушала, полис был частью ее плана. Подбежав в своему кабриолету, она перегнулась через дверцу, оттопырив очаровательную попку в тесных укороченных шортиках. Поехавшие на зеленый свет водители возбужденно загудели клаксонами и стали кричать в окна всякие глупости.

Найдя наконец полис, она вернулась к потерпевшему, но теперь была не в порядке ее спортивная рубашечка, расстегнулась пара пуговиц, и Апдайк не мог глаз оторвать от великолепного вида.

– Вот пожалуйста, спишите все телефоны, и вам возместят ущерб!

– Хорошо, мисс, так я и сделаю. – Ричард расплылся в благожелательной улыбке и начал не торопясь переписывать в блокнот телефоны.

– Давно водите?

– Полгода. – Линда надула губки. – Вы, наверное, считаете меня глупой?

– Ну что вы, с кем не бывает. Кстати, меня зовут Ричард.

– Очень приятно, а я – Элизабет. – Линда жеманно протянула ручку, затем, будто только заметив, что светит открывшимся вырезом, очаровательно смутилась и, отвернувшись, стала застегиваться.

– Это невероятно, но я чувствую себя виноватым, – сказал Апдайк.

– Правда? И я тоже! Что же нам делать, чтобы загладить эту вину друг перед другом? – Линда хихикнула.

– А давайте сегодня поужинаем, а?

– А давайте! Вы мне позвоните? Вот моя визитка…

– О! Элизабет Мерло! – восторженно произнес Апдайк, разглядывая карточку, разрисованную цветами и котиками. – Художник. Вы действительно художница?

– Ну, – Линда помялась. – Я себя еще не реализовала, но это в будущем. До свидания, Ричард, до вечера – позвоните.

– Непременно позвоню!

Апдайк не двигался с места, пока его новая знакомая не уселась в свою игрушечную машинку и не укатила, оставив привкус мечты и запах духов на розовой карточке.

– Элизабет Мерло, – повторил он, садясь в машину и пристраивая визитку на стекло – на самом видном месте.

Прошло две недели, они встречались у нее на квартире, но к себе Ричард ее не приглашал, хотя уже начинал делать первые подарки.

– Я хочу посмотреть, как ты живешь, дорогой, – говорила она, примеряя новые сережки.

– Еще не время, Элизабет, – отвечал он, нежно сжимая ее плечи.

– Но почему? Ты прячешь гарем?

Ричард отшучивался, а Линда обиженно дула губки.

– Ты меня пугаешь, Ричард. Почему ты мне не доверяешь – я отдала тебе самое ценное, что у меня есть, мою любовь.

– Просто у меня там… ремонт, – солгал Ричард; на самом деле все то время, что они встречались, невесть откуда взявшуюся Элизабет Мерло пытался проверить по своим каналам Поль Дюрекс со своим отделением партийно-политической разведки. Время шло, но найти какие-либо сведения о новой знакомой Ричарда они не могли.

– Ни о чем плохом это не говорит, мистер Апдайк, отсутствие сведений лучше, чем порочащие сведения. К сожалению, мы не всемогущи и проверить каждого человека не можем, поэтому мой вам совет – продолжайте встречаться с девушкой, в конце концов, мы ведь тоже люди. Однако приглядывайте вполглаза – понимаете? Уходите в ванную и внезапно возвращайтесь, чтобы посмотреть, а не пытается ли она скопировать базу данных через ваш домашний терминал.

– Я понимаю, – говорил Ричард. – Но, может, хоть какие-то сведения, мистер Дюрекс, у нее новенький «Тапарез», я узнавал, он стоит сорок пять тысяч, деньги немалые – кто-то же дал ей их.

– Она могла заработать, – сдерживая улыбку, ответил Дюрекс.

– Но Элизабет не похожа на проститутку.

– Кто сказал, что она проститутка, дорогой камрад Апдайк? Такая девушка манит, как магнит, множество мужчин и имеет возможность выбирать наиболее состоятельных. Переводы на ее банковский счет приходят с разных направлений.

– И что это значит?

– Ну, не хочу вас шокировать, камрад Апдайк, но, скорее всего, множество мужчин до сих пор считают себя ей благодарными и подбрасывают понемногу – на конфеты.

Апдайк ушел из службы разведки, чувствуя себя оплеванным. От него не укрылось, что Дюрекс издевался над ним и получал от этого удовольствие. Он уже решил, что, помимо проверки у Дюрекса, обязательно покажет Элизабет своему приятелю – Ринго Пету, тот слыл отъявленным бабником с психологическим уклоном и утверждал, что может соблазнить любую женщину, опираясь только на свое знание женской натуры.