Машина остановилась напротив одного из входов, мистер Соломон сказал:

— Тут я с вами прощаюсь. Желаю удачи…

— Вам тоже удачи, — пожелал в ответ Барнаби, и они с Джеком выбрались из машины.

Напарники постояли, провожая взглядом «Кабир— электру», а затем Джек сказал:

— Хорошо, что он все подробно объяснил.

— Да, — согласился Барнаби. — Но чего-то все же недоговаривал. Однако пора.

— Пора.

Они развернулись и, помахивая тощими сумками, пошли к дверям зала-накопителя, чтобы купить билеты до Шлезвига.

Искать кассы не пришлось. Торговавшие ими автоматы были развешаны на всех стенах. Требовалось лишь нажать кнопочку напротив названия выбранной компании, потом кнопочку напротив уровня комфортности и наконец выбрать конечный пункт путешествия и дату отправления. После этого хитрая машинка высвечивала необходимую для уплаты сумму и голосовым модулятором рекомендовала вставить карточку в приемное устройство.

— Ишь ты, восемьсот пятьдесят батов. Сдуреть можно! — покачал головой Барнаби, однако карточку все же вставил.

Автомат застрекотал и выбросил в сетчатую корзиночку билет. Джек купил билет в соседнем автомате.

Напарники отошли в сторону и некоторое время с интересом рассматривали проездные документы, испещренные непонятными значками и голограммами.

Рядом остановилась тележка с кучей всяких вещей, совершенно необходимых в дальнем путешествии. Тут были таблетки от укачивания и жевательная резинка, позволявшая держать желудок под контролем, а еще сувениры с гербом города, авторучки и блокноты, игральные карты, значки с прошлогодних выборов, носовые платки, мозольный пластырь, а также баночки с какой-то мазью, имевшей на этикетке странную надпись «От затруднений личного характера».

Владелец всего этого богатства с полминуты смотрел на Джека и Барнаби, видимо ожидая, что они что-то купят, однако им ничего не потребовалось.

— Парни, может, хотите чего-нибудь особенного?

— Это ты о чем? — уточнил Джек.

— Девочки…

— Девочки? Не, брат, мы прямо сейчас улетаем. Скажи лучше, откуда отправляется ближайший челнок.

— С четвертого экстрактора.

— Это где?

— Нужно идти туда, потом налево, потом вниз и снова поворот… — начал объяснять торговец.

— Подожди. Давай я куплю у тебя вот эту хреновину… Что это?

— Резиновый жуплетс.

— Жу… А для чего он?

— Помогает морщить лоб.

— Морщить лоб? — Джек и Барнаби переглянулись. — А для чего нужно морщить лоб?

— Не знаю. Некоторым нравится.

— Не, давай лучше я блокнотик куплю. Сколько стоит?

— Полбата.

— Вот тебе мой последний бат, а на сдачу отведи нас к четвертому экстрактору.

— Ну хорошо. Идемте…

И они пошли следом за торговцем, который, заговорив, вовсе не собирался затыкаться. Казалось, он знает все и про все. Но что самое неприятное — он стал перечислять все несчастные случаи, произошедшие с пассажирами челноков в том или ином порту. При этом в подробностях описывал, как выглядели останки жертв в момент, когда их находили.

— Экстракторы — это уже устаревший способ, понимаете? Все цивилизованные миры перешли на N-джампинги, и только у нас на Чиккере пассажиров выбрасывают в неизвестность на экстракторах…

— Слушай, парень, ты бы заткнулся, — не выдержал Джек. — Что ж ты такое рассказываешь, ведь нам сейчас взлетать!

— Да ладно, не бойтесь, просто меня немного понесло. У меня феноменальная память, а тут как раз попались в руки отчеты по несчастным случаям на транспорте, я их и прочитал. Теперь вот фонтанирую.

— Фонтанируй лучше чем-нибудь хорошим, — посоветовал ему Барнаби.

— Ой, да легко. У нас здесь давно уже не было никаких несчастных случаев, потому что экстракторы — это надежная и давно проверенная схема запуска челноков. А вот N-джампинги — как есть машины для массового убийства…

Продолжая нести всякую околесицу, торговец вел Джека и Барнаби запутанным маршрутом. Они то поднимались на эскалаторе, то спускались. То попадали в пустой зал, то пробивались через скопления людей.

Когда они миновали очередную толкучку, Барнаби тронул Джека за плечо и вполголоса сказал:

— Только что я видел одного нашего хорошего знакомого.

— Рипа? — быстро спросил Джек.

— Жофре. У него здорово раздулся нос, но узнать его можно.

— Он тебя видел? — При упоминании о Жофре у Джека засаднило в горле.