— Возможно.

— Отлично. Жаль, я не знал всего этого, когда повстречался с ним. Я бы пожал ему руку. Итак, это все? Мы закончили?

Тони покачал головой.

— Все не так просто.

— Вам не кажется, что вы заслужили то, что получили?

— Я сейчас не об этом, — сказал он. — Та смерть на моей совести, всегда была на моей совести. Кейти была никчемным человеком, но смерти она не заслуживала. Однако я говорю не о том, что происходит в данную минуту. Бутылка вина, которую ты подарил мне, и вторая, которую выпила твоя жена. Когда ты их купил?

— Не помню точно, — сказал я. — Месяц назад. Наверное, даже полтора, когда поместил объявление. А что?

— Это не часть игры.

— Что вы хотите сказать?

— Мы не знаем, кто это подстроил. Полтора месяца назад мы еще даже не начинали игру, а примерный сценарий всегда набрасывает Мари. Тебя выбрали мишенью, но все остальное было еще не готово. И месяц назад Хантер сидел в тюрьме.

Я не знал, что на это ответить.

— Происходит что-то еще, — сказала Мари. — Как только Дэвид пропал, мы выдернули вилку из розетки. Позвонили Джейн, велели ей все свернуть и прекратить. Но ничего не прекратилось. Кто-то еще ведет свою игру.

— Кто?

— Это нам неизвестно. Мне кажется, Уорнер.

— С чего бы? Мне казалось, вы друзья.

— Были, — пробормотал Тони. — Но последние пару лет он будто на взводе. Я сам начал отдаляться от него. Не исключено, что он узнал о том, как мы с Питером лишили его возможности участвовать в большом проекте. Мари предполагает, что тот решил втянуть в игру всех нас, желая отомстить. Но лично я думаю, что он сделал это просто забавы ради.

— Но кто же убил Кассандру? Вы или другие, кто, возможно, играет по сценарию Уорнера?

Он нахмурился.

— Какую еще Кассандру?

Мари выглядела не менее сконфуженно.

— Вы рассказали мне все это не потому, что чувствовали себя обязанными, или потому, что вам стало стыдно, — заявил я. — А потому, что напуганы до чертиков и хотите знать, не заключил ли я соглашение с Хантером или с Уорнером, чтобы покуражиться над вами. Речь идет не обо мне. Речь снова о вас.

— А ты заключил такое соглашение?

— Нет. Но почему я? Что я вам сделал? Я работал на Питера Гранта. Продавал ваши квартиры. Я и сам хотел выбиться в люди, но все это время складывал деньги в вашу мошну. Чего я такого натворил, с чего вы решили поразвлечься, исковеркав мою жизнь?

— Мне жаль, что так получилось. Мы можем все исправить.

— Нет. Игра окончена, Тони, и теперь кто-то явился по ваши души. Я не знаю, кто эти люди, мне наплевать, но я желаю им успеха.

Я развернулся и бросился вон из зала.

За спиной я слышал шаги Джейн. Ноги у меня окаменели. Голова была пуста. Я понимал, что если не уберусь отсюда, то разные гадости так и будут происходить. Часть меня хотела остаться и посмотреть, но я понимал, что моя жизнь и без того уже разбита.

Когда мы преодолели половину лестницы, меня окликнули сверху:

— Билл!

Это была Мари. Она стояла на площадке.

— Игра еще не окончена, — сказала она. Лицо ее было искажено. — Уорнер не останавливается ни перед чем. Для него нет границ. Возвращайся домой, возьми самое необходимое и уезжай. Уезжай как можно дальше, и побыстрее.

Дверь внизу узкой лестницы была закрыта. Я схватился за ручку, подергал, а потом принялся колотить по двери ногами и руками, не успев понять, что уже не контролирую себя. Джейн отодвинула меня в сторону, можно сказать, деликатно, и отперла задвижку. Я распахнул дверь и вырвался в ресторан. За то время, что я выслушивал рассказ Тони Томпсона о том, как он двадцать лет разбивал чужие жизни, народу в ресторане прибавилось, и я врезался в официанта, совершенно не заметив его, несущего полный поднос напитков и закусок. Он двинулся на меня, но я просто убрал его с дороги, отшвырнув спиной вперед на столик на четверых.

Я уже был на полпути к двери на улицу, когда что-то, а скорее, кто-то привлек мое внимание. Слева от входа сидела парочка, за столиком на двоих, рядом с одним из красивых узких окон, которое выходило на зеленую боковую улочку. Женщина сидела ко мне спиной. Мужчину напротив нее я не знал — коренастый мужик в шортах и гавайской рубашке, круглое жирное лицо, короткая бородка, — тот сидел, уткнувшись в меню с таким видом, будто оно было написано на санскрите. Но женщину я узнал даже со спины. Узнал раньше, чем та издала громкий, пронзительный смешок.

И я двинулся к ним. Услышал, как Джейн сказала что-то мне вслед, но не обратил внимания.

— Привет, — проговорил я, подходя к столу.

Джанин подняла голову. На ней было платье с набивным узором, действительно неплохое и сильно дороже всего, что она могла себе позволить. С тех пор как я видел ее утром, она успела побывать в парикмахерской.

— Привет, Билл. Как делишки?

На этот вопрос у меня не было ответа.

— Ты, кажется, незнаком с моим мужем. — Она указала на своего спутника. — Оли, это Билл Мур. Ну, ты помнишь. Мой шеф.