— Три тысячи, я думаю, наберем.

— Как их можно доставить на место?

— Сниму с промысла суда, и можно будет разместить всех.

Тяжелая лодка «шарк» с трудом оторвалась от воды и стала медленно набирать высоту, а Люция смотрела вниз и уже отчаянно скучала.

Опять ее отправляли подальше из города, и как раз в тот самый момент, когда она познакомилась с сыном булочника, настолько сексуальным, что при виде его у Люции начинало сладко поламывать копчик.

Стольких усилий ей стоило обойти своих охранников, чтобы добраться до этого парня, и вот — отправка к дедушке Эрнандо в жуткую глушь, туда, где обитают лишь деревенские родственники, которым не понять, чего хочет девушка из большого города.

Самолет сделал плавный разворот, и перед Люцией открылась бескрайняя водная стихия — картина совершенно неинтересная.

Девушка вздохнула и, обернувшись к охраннику, спросила:

— Слушай, Карл, а я вообще-то красивая?

— О да, мисс Гутиерос, вы очень красивая девушка, — сказал Карл и впервые задумался о том, действительно ли привлекательна хозяйская дочка или она представляла интерес только как наследница состояния Солейн Гутиерос.

— Ты говоришь это без должного огня, Карл. В тебе все должно клокотать, желание должно растапливать тебя, как огонь свечу.

— Ну, — Карл почесал затылок, — так оно и есть, мисс Гутиерос, просто я на работе.

Телохранителю совершенно не хотелось решать какие-то проблемы, ведь в кои-то времена он не отвечал за безопасность хозяйского чада. В полете всем заправляли пилоты, и на несколько часов Карл и его напарник Рауль оказывались в небольшом отпуске.

«Хоть бы она нашла себе какого-нибудь парня, — размышлял Карл, — тогда бы успокоилась. Думала бы только о своем красавчике и не шутила бы с охраной свои злые шутки…» Самолет качнуло на небольшой воздушной яме, и Карл пришел в себя. Кажется, он заснул и даже не заметил, как Люция проскользнула мимо него.

Карл толкнул сидевшего через проход от него Рауля, и тот, громко всхрапнув, открыл глаза.

— Ты чего? — спросил он Карла.

— Где девчонка?

— Да расслабься ты, куда она с самолета денется? «И правда, — подумал Карл, — может, она в каюте или пописать пошла».

Рауль снова заснул, однако Карлу не спалось, и он решил проверить туалет.

Пройдя в хвост, Карл осторожно потянул за ручку и заглянул внутрь — там было пусто и чисто. Воздух пах дезинфекцией, а белоснежное полотенце выглядело нетронутым.

Карл вернулся в салон и остановился перед крохотной комнаткой отдыха. Толкнув дверь, которая оказалась незапертой, он и здесь не обнаружил Люции. Оставалась только кабина пилотов.

«Только этого не хватало», — подумал Карл. Он пробежал мимо храпевшего Рауля и, ворвавшись в кабину, едва не столкнулся с Люцией и одним из пилотов, слившихся в долгом поцелуе.

Карл молча схватил нарушителя за шиворот и, оторвав от Люции, шарахнул о перегородку. Затем повторил это действие еще раз и спросил:

— Ты кто, падаль?

— Пи-пилот…

— Тогда иди на место и занимайся своей работой, а если ты здесь не нужен, я выброшу тебя за борт. Понял?

— Понял, — с готовностью кивнул помятый пилот и упорхнул.

— Просто мне было скучно, — оправдываясь, произнесла Люция. Затем взяла все еще кипевшего от гнева Карла за руку и сказала: — Ладно, пойдем отсюда, папочка. Обещаю больше от тебя не убегать…

Отремонтированный «Пеликан» бодро скользил по поверхности заросшего водорослями мелководного участка, а Клаус Ландер стоял на палубе и в сильный бинокль осматривал далекий горизонт.

Он специально вышел в море, чтобы точнее определить предполагаемое направление главного удара.

На восточной болотистой стороне Форт-Абрахама уже вовсю велось сооружение бетонных укреплений, а морской запад представлял собой неприкрытую часть. Поэтому требовалось определить точное расположение участков чистой воды, по которым суда противника могли быстро подойти к форту.

Рядом с Ландером находились два опытных картографа, которые быстро заносили в компьютер все его указания.

Высоко в небе гудел сопровождающий самолет-разведчик. Он видел суда Марсалесов, находившиеся в десятках километров, и сообщал об их перемещениях. Однако нападения Клаус не боялся, так как в последние сутки противник был целиком занят только своими проблемами.

Искушенный в делах военного лицензирования, Клаус сразу понял, в чем ошибка Марсалесов, и натравил на них инспекцию Лицензионной Ассоциации. Началось серьезное разбирательство, и корабли, опасные своими пушками, теперь были вчистую списаны с баланса боевых действий.