На круглой мордашке леди Патриции отразилось нечто похожее на мысль.

— Герка, погоди, — сказала она. — Ты как бы намекаешь…

— Я ни на что не намекаю, — мягко произнес Рейнблад. — Я просто проверяю информацию. Потому что забочусь о твоей безопасности. Пойдем, Джон. Алиса, ты тоже.

Они направились к выходу из зала. Когда они удалились от стола на достаточное расстояние, Рейнблад придержал Алису за локоток, наклонился к уху и тихо спросил:

— Спирт Патриции в сок ты набодяжила?

— Да как вы смеете такое подозревать! — возмутилась Алиса.

— Как смею, так и подозреваю, — отозвался Рейнблад. — Не злоупотребляй. Если Патти отравится — на кол посажу.

Через несколько минут они стояли перед статуей и созерцали безобразие, творящееся на алтаре.

— Ну и ну, — произнес Рейнблад. — Никогда такого не видел. Что скажешь, Джон?

— Я такого тоже не видел, — сказал Джон. — Но кое-какие соображения имею. Возможно, мясо и цветы не имеют собственного значения, а предназначены только лишь для привлечения насекомых. Видите, тут и мухи, и осы…

— А индюшачья голова для комаров? — спросил Рейнблад.

Джон пожал плечами.

— Возможно, имеется в виду тотем древней династии, — предположил он. — Типа, как этот индюк лишился головы, так и… Нет, бред какой-то. Скорее, орки балуются… Хотя для орков слишком вызывающе, они обычно не настолько безмозглые… Может, провокация?

Рейнблад наклонился, потыкал пальцем в кровяную лужу, затем брезгливо вытер палец о боковую стенку постамента-алтаря.

— Кровь свежая, — сказал он. — Не успела еще до конца свернуться. Кто бы ни разложил здесь этот натюрморт, это произошло совсем недавно. Час назад, может, два часа, но не больше. Слышь, цыпа, — обратился он к Алисе, — а не твоя ли это работа? Обиделась, что Джон тебя Патти подарил, решила отомстить, а?

Челюсть Алисы отвалилась, глаза широко распахнулись, в них отразилась паника.

— Это вряд ли, — быстро произнес Джон. — Алиса — девочка прямая, суровая и заводная, захотела бы отомстить — зарезала бы леди Патрицию и спустила бы в нужник по частям. Я ее давно знаю.

— Хорошая мысль, — пробормотала Алиса.

— Но-но! — прикрикнул на нее Джон. — Даже не думай! Это я так, для примера сказал.

— А ведь этот камень был изначально задуман как алтарь, — заметил Рейнблад. — Причем не универсальный, а специализированный, для человеческих жертвоприношений. Вот кольца, вот кровосток. Интересно…

— Надо помощников Пауэра расспросить, — сказал Джон. — Использовался ли этот алтарь раньше, если да, то как… Я, пожалуй, Германа попрошу.

— Попроси, — кивнул Рейнблад. — И Алису тоже озадачить можно. Рабов здесь полно, кто-то что-то должен был видеть. Алиса, завтра-послезавтра расспроси местных жаб насчет этого алтаря.

При слове «жаб» Алиса недовольно надула губки, но промолчала.

— Может, Германа позвать? — предложил Джон. — Может, он чего подскажет?

— А он-то что знает, чего мы не знаем? — удивился Рейнблад. — Хотя погоди… Намекаешь, что это он тебе про «Некрономикон» рассказывал?

Джон отрицательно помотал головой.

— Нет, я про другое вспомнил, — ответил он. — Про того эльфа в библиотеке. Герман, помнится, рассказывал, тот эльф какую-то загогулину на столе нарисовал…

На самом деле Герман не рассказывал Джону об этой детали, но Джон решил, что кардинал вряд ли станет устраивать им очную ставку. Если все пойдет по плану, его божественности скоро станет не до того.

— Вспомнил, — сказал Рейнблад и хлопнул себя по лбу. — Точно, все сходится. Пора валить из этого поместья.

— Точно эльфийский знак? — спросил Джон.

Рейнблад мрачно кивнул. Некоторое время Джон размышлял, затем спросил:

— Празднества будут всю ночь продолжаться?

Рейнблад вначале пожал плечами, затем кивнул.

— Думаю, да, — сказал он. — Хотя кто знает, как пойдет…

— А охрана поместья какая? — спросил Джон.

— Никакая, — ответил Рейнблад и сплюнул прямо в кровавую лужу. — Уроды уродами, всех толковых бойцов Пауэр с собой забрал. Поеду-ка я домой, что-то у меня голова разболелась. Погода, наверное, меняется.

— Гм, — сказал Джон. — Может, эвакуировать гостей на всякий случай? Или хотя бы леди Патрицию? Понимаю, что эльфийская армия в двадцати милях от столицы — бред, но эльфийские агенты в столице тоже поначалу бредом казались. Не нравится мне это, беспокоюсь я.