Филипп связался с ним по телефону и рассказал о сообщении в газете. Какое-то время Адамс молчал, затем коротко попросил его приехать к нему на виллу. Он так и сказал: «Приезжай ко мне на виллу. Есть серьезный разговор».

Встретил Филиппа все тот же пакистанский смотритель.

Голос Адамса был слышен в прихожей. Он говорил напористо. Когда Филипп зашел в комнату, Адамс, немедленно прервал разговор, и спрятал мобильник в карман брюк. Он жестом указал на кресло и подошел к бару. Налил в два бокала виски с содовой, подошел к столику за которым находился Филипп, и поставив бокалы на столик, сел в кресло напротив.

Только Филипп протянул Адамсу газету о происшествии с предпринимателями из Гонконга, как неожиданно со стороны прихожей послышался какой-то странный звук:

— Вы не слишком ему доверяете? — кивнул в сторону удаляющегося Али Хана Филипп.

Сразу последовал оглушительный грохот. Следом за этим раздался душераздирающий крик, а затем звон разбивающегося стекала. Взрывная волна ворвалась из прихожей в гостиную. Шторы подняло взрывной волной, осколки стекла полетели как стрелы, вонзаясь в стену, в мебель, во все, что встречалось на их пути. Спасла Филиппа с Адамсом натренированность. Они оба, не сговариваясь, оказались на полу, закрывая руками головы.

Сквозь весь этот кошмар, до Филиппа донесся до странности бесплотный голос Адамса:

— С тобой все в порядке, Фил?

— Да, — с трудом пробормотал Филипп. Тяжело поднявшись на ноги, ощущая шум в голове и звон в ушах, он через дыры в шторе, увидел, как вокруг пылающей машины Адамса бегают морские пехотинцы. Повернув голову в сторону шефа, увидел, как тот стоит около бара, и внимательно смотря на то, что от него осталось, вызывает по мобильнику скорую и группу экспертов.

Пошатываясь, Филипп прошел туда, что недавно было прихожей. То, что он увидел, потрясло его: почти всю одежду лежащего перед ним человека, который совсем недавно был смотрителем виллы Адамса, сорвало взрывом. На нем осталась только одна штанина и один ботинок. Левой рукой он сжимал поднос, на котором он нес для них закуску. Волосы, ресницы и брови у него были обгоревшие. В дверь вошли двое морских пехотинцев, врач и санитары. Осмотрев лежащего на полу смотрителя, врач махнул санитарам рукой. Те погрузили его на носилки и вынесли.

— Сэр, — спросил один из солдат, — с мистером Адамсом все в порядке? Помощь нужна?

— Все нормально, — Филипп посмотрел на пехотинцев, и махнул рукой. — Помогите экспертам, которые сейчас приедут.

Когда он вернулся в комнату. Адамс стоял у окна.

— Там… — начал Филипп.

— Я знаю, коротко ответил Адамс. — Я видел, как его увозила скорая. У него есть шанс выжить? — он повернулся к Филиппу.

— Не знаю, — Филипп пожал плечами, и жестом показал шефу на очищенное им от осколков стела кресло.

— Вы догадываетесь, чья это работа? — Спросил он Адамса, подождав, когда тот опустится в кресло.

— Да. Моих друзей из Гонконга. — Адамс подошел к креслу и тяжело в него опустился. — Только не понятно, когда они все это проделали? До или после того, что про них написано там, — он показал рукой на валявшуюся на полу принесенную Филиппом газету. Если после, это плохо. Значит кто — то их них остался в живых. Будем ждать заключения экспертов.

— И без них ясно, что бомба была заложена в вашей машине, которую вы почему-то оставили сегодня напротив входа в виллу… — Филипп протянул пачку сигарет Адамсу, угощая того сигаретой.

Позднее, Филипп ознакомился с заключением экспертов, где говорилось, что бомба была заложена в «тойоту» Адамса, за два дня до ее приведения в действие. То есть, до того, как исполнители погибли на минном поле…

На следующий день почти сразу после совещания в офисе, когда Филипп выехал по делам за город, в Центр ушло сообщение…

«Лидеры «альянса семи» в Пакистане и «альянса восьми» в Иране, не намерены поддерживать предложения Кабула о перемирии и национальном примирении. В своих контактных встречах они приняли решение сорвать эти намерения всеми способами, в плоть до нанесения провокационных ударов по территории СССР».

Ушло сообщение и «кроте» в Кабульской резидентуре…

Неизвестно, как отнеслись к этой информации в Центре, но свое намерение афганская оппозиция выполнила.

Вот как прокомментировало тогда развитие этих событий афганское информационное агентство Бахтар: