У Джеммы глаза сделались как блюдца.

— Правда?

— Наше семейное предание гласит, что тот первый Шеймас Фразьер питал к повозкам какую-то неуемную страсть. Сегодня, вероятно, сказали бы, что он страдал навязчивой идеей, и отправили бы его лечиться. Но тогда он просто делал повозки — лучшие из тех, что когда-либо видели до него.

— И тем самым внес свою леПту в нашу победу над сильным врагом, — сказала Джемма. — Настоящий герой.

Мистер Фразьер смотрел на нее почти с любовью.

— Ради Бога, Гринни, — сказала миссис Фразьер, — дай девочке поесть. У вас еще два года впереди, чтобы всласть наговориться об истории. — Тон у нее был недовольный, но глаза светились от счастья. — А сейчас давайте обсудим дела более практические. Джемме предстоит переехать в Эдилин, и потому мы должны решить, каким образом доставить сюда ее вещи.

— Я могу одолжить вам грузовичок-пикап, и вы можете съездить за вещами, — сказал мистер Фразьер. — Но я думаю, это зависит от того, сколько вещей вы должны сюда привезти.

— Я думала полететь завтра утром, — сказала Джемма, — и взять напрокат машину, на которой приехала бы сюда. У меня не так уж много вещей.

— И даже книг не много?

Все повернули головы. В дверях стоял Колин. Он улыбнулся Джемме и, сев напротив нее, положил себе на тарелку яичницу.

— У меня есть несколько книг, — сказала она, улыбнувшись ему в ответ. Он выглядел отдохнувшим и счастливым. — Но не так много, как можно подумать.

— Должно быть, вам хочется попрощаться с кем-то, — сказала миссис Фразьер. — Вчера Айла недвусмысленно намекала на то, что в вашей жизни было много молодых людей.

— Только мои студенты, — сказала Джемма. — И… Мне неловко об этом говорить, но они были настолько уверены, что я получу работу, что устроили мне прощальную вечеринку еще до того, как я отправилась сюда.

— Тогда все решено, — сказала миссис Фразьер. — Мы наймем людей, которые все за вас упакуют и перевезут, и вам не придется никуда отсюда уезжать.

— Я не уверена, что… — начала было Джемма.

Мистер Фразьер смотрел на жену так, словно чего-то недопонимал.

— Я думаю, это идеальное решение, — сказала миссис Фразьер и, встав, направилась к буфету. Из выдвижного ящика она достала два ключа на кольце и вручила их Джемме. — Это ключи от гостевого дома и гаража. Вам лишь остается сообщить мне ваш прежний адрес. Все остальное я беру на себя.

— Я не могу вас так утруждать, — сказала Джемма.

Мистер Фразьер наклонился к ней и заговорщическим шепотом произнес:

— Могу засвидетельствовать, что моей жене нет равных в том, что касается упаковки и отправки. После ее нашествия Англия, можно сказать, опустела.

Джемма не знала, как быть. С одной стороны, она не хотела, чтобы люди, которые ее наняли, брали на себя такой труд и расходы, с другой — ей действительно не хотелось никуда отсюда уезжать. Она посмотрела на ключи. Они были на фирменном кольце «Фразьер моторе». Джемма так крепко сжала кулак, что кольцо отпечаталось на ладони.

— Ладно, — сказала она наконец. — Но если мне придется остаться здесь, я должна купить кое-какие туалетные принадлежности и…

— Колин вас отвезет в город, — быстро сказала миссис Фразьер. — Что бы вам ни понадобилось и куда бы вы ни захотели отправиться, он к вашим услугам.

Мистер Фразьер с подозрением посмотрел на жену, затем повернулся к сыну.

— Отвези ее в Уильямсберг и возьми для нее машину.

— И еще ей понадобятся канцелярские принадлежности, — сказала миссис Фразьер.

— Цветные ручки уж точно, — сказал Колин, насмешливо улыбаясь одними глазами.

— Да, вам пора отправляться, — сказала миссис Фразьер. — У меня сегодня много дел, и вы двое будете мне только мешать.

Колин посмотрел на Джемму.

— Похоже, мы тут нежеланные гости.

Джемма улыбнулась. Она с радостью провела бы с ним еще один день.

Едва Колин и Джемма вышли за дверь, Перегрин Фразьер развернулся к жене.

— Элея, — медленно проговорил он, — что ты замышляешь? Не дождавшись немедленного ответа, он провел ладонью по лицу. — Кажется, последнее время я задаю тебе этот вопрос каждый день.

Элея по-прежнему не торопилась с ответом, лишь молча смотрела на мужа. Ее выразительный взгляд хотел ему что-то сказать, но что именно — Перегрин понять не мог.

— Я уступил, когда ты захотела купить эти старые бумаги, а сейчас оплачиваю жалованье и содержание студентки. Я знаю, что для нас это не слишком обременительно, но ты что-то замыслила насчет нашего старшего сына, и я хочу знать, что именно.

Элея вздохнула.

— Мы женаты больше тридцати лет, и ты должен знать, чего я больше всего на свете хочу.