— Я просто хочу как можно чаще сводить их вместе.

Перегрин встал. Этот конкретный «проект» его жены показался ему вполне безобидным. Если Джин и Колин расстанутся, слез, конечно, не избежать, но с этим пусть разбирается его жена. Впрочем, Джин ему было жаль. Она ему нравилась, особенно нравилось, как она готовит.

— Ну что же, Дорогая, — сказал Перегрин, — хочешь поиграть в сваху, воля твоя, но обязательно держи меня в курсе. — Он вдруг замолчал и задумался. — А как насчет доктора Тристана? Кажется, насчет его был какой-то разговор. Может, они с Джеммой друг другу понравятся.

— Каждая женщина в этом городе хоть раз в жизни пыталась взять эту неприступную крепость. Не могу вообразить, что наша прилежная студентка Джемма сможет вскружить ему голову, если даже сногсшибательная Джин потерпела поражение.

В колледже Перегрин встречался со многими женщинами, которые были симпатичнее и гораздо искушеннее Элеи, но он понял, что Элея суждена ему судьбой, лишь только впервые увидел ее. Увидел, как она вошла в спортивный зал. Случилось это во время баскетбольного матча, и когда он на нее посмотрел, мяч попал ему в голову и отлетел на трибуны. Вся школа взорвалась от смеха. Четыре месяца спустя она забеременела, а через шесть месяцев они поженились.

Перегрин поцеловал жену в щеку.

— Надеюсь, ты поступаешь правильно, дорогая, и получишь то, чего так хочешь. Как насчет того, чтобы вечером устроить барбекю?

— Прекрасная мысль. Я велю Рейчел замариновать мясо. Хорошего тебе дня, дорогой. Передай доктору Генри привет от меня.

Джемма поднялась наверх, чтобы взять сумку, и когда спустилась, Колин стоял возле своего джипа и говорил по мобильному. Выглядел он не слишком радостным. Увидев Джемму, он коротко кивнул, отключил телефон и положил в карман.

Джемма села в машину рядом с ним. Он молча выехал на дорогу, объехав другие припаркованные возле дома автомобили.

— Что-нибудь случилось? — спросила Джемма.

— Нет, ничего. Все хорошо. Вы знаете, какую хотите машину?

— Я сказала вашему отцу, что хочу «дюзенберг». — Поскольку это ее замечание не вызвало у него никакого отклика, она сказала: — Как насчет того, чтобы сделать это позже? Когда у вас настроение будет получше?

Выехав на шоссе, Колин нажал на сцепление, перевел машину на третью, и Джемму отбросило назад, вжав в спинку сиденья.

— Нет, мне надо отвлечься. Вы знаете, где я живу?

— Где-то в городе?

— Я живу в квартире над своим офисом. Раньше на первом этаже был магазин, в котором продавались всякие дамские штучки, а второй этаж приспособили под склад. Там всего несколько окон, и квартира пропахла нафталином.

Джемма, кажется, начала понимать.

— И вы хотите переехать в ваш новый дом.

— Именно так. Но, как вы видели, у меня нет мебели. Джин пообещала, что завтра поедет со мной и поможет купить кое-что из мебели, но оставила голосовое сообщение, что в понедельник рано утром начнется рассмотрение важного дела и она сможет вернуться только на следующей неделе.

Джемма вспомнила о том, что сказала ей Рейчел. Если Джин не могла найти время, чтобы провести здесь один уикэнд, как она собиралась тут жить?

— Бьюсь об заклад, вы не сообщили ей о готовящемся для нее большом сюрпризе. — Джемма подумала, что женщине вроде Джин едва ли понравится, что кто-то станет выбирать за нее мебель для дома, в котором она намерена жить хозяйкой. «Впрочем, — сказала себе Джемма, — это не мое дело». Своим замечанием она лишь пыталась заставить Колина проговориться о его с Джин отношениях.

Но он не заглотил наживку.

— Вы разбираетесь в мебели? — спросил он.

— Не в той, что изготавливалась после 1860 года, хотя со школой Баухауса я знакома. Но вы, конечно, имеете в виду современную мебель. Ту, что можно купить в магазине. Нет, я в ней совсем не разбираюсь.

— Вы славно поладите с моим отцом. Он живет в мире старинных автомобилей. И он глубоко разочарован тем, что никто из его детей не унаследовал маниакальной страсти, которая передавалась из поколения в поколение.

— Но вы сказали, что двое ваших братьев на него работают.

— Работают, но без души.

Джемма не могла представить себе родителя, который испытывал бы разочарование из-за того, что имел сына-шерифа, дочь — без пяти минут врача, и еще одного сына, который жил ради искусства.

— Возможно, — начала было Джемма, но голос из рации, закрепленной на консоли, заставил ее замолчать.

— Колин, — сказал мужской голос. — Ты в городе?

Колин взял микрофон.

— Да, Том. Что тебе нужно?