То, что Аллах только что явил свою волю, Амр понял сразу. Да, те из его воинов, что остановились, прикрывая отход, погибли, но было их немного, и они сами выбрали свою судьбу. Остальные были здесь.

— Смотри, — толкнул его в бок Зубайр, — вон Менас. Он ждал.

Амр с трудом оторвал взгляд от кипящего кроваво-красного потока и развернулся. Менас, на отличном жеребце, уже спускался с холма. И лицо его было красным и торжественным.

— Тебя — точно — Господь ведет, Амр.

Амр глотнул, но не смог выдавить ни слова. Он видел это, но такой чести от небес дважды искавший убить Мухаммада, ожидать не смел.

— Что будешь делать?

Амр опустил голову. Он видел на карте, где находится Гелиополис, — совсем рядом. Он знал, что возьмет зерно — столько, сколько нужно. Он понимал, что Менас будет помогать — и с кораблями, и с погрузкой. Но он помнил, что флот империи уже двинулся в сторону курейшитских морских крепостей.

— А что предлагаешь ты?

— Перед тобой, там за крепостью Троя, стоит Вавилон, — улыбнулся Менас, — это самый богатый город мира. Возьми его.

Амр покачал головой. Он знал, что не спасет этим ни одного верящего в Единого — там, в Аравии.

— А вы что скажете? — обратился он к собравшимся вокруг командирам племен.

— Империя забыла все слова, которые оставил Единый, — проронил Зубайр. — Надо воевать.

Амр уклончиво кивнул. Сказано было по существу, но не о главной сегодняшней задаче.

— А что скажешь ты? — повернулся он к оставшемуся у евреев за старшего Аарону.

— Империя слишком сильна, — прищурился еврей, — поэтому нужно бить наповал. Второго шанса не будет.

Амр заинтересовался.

— И как?

— Не делай то, чего от тебя ждут, — покачал головой Аарон. — Наплюй на Вавилон. Сделай ход конем.

— Каким конем? — встрял Зубайр. — При чем здесь шахматы?

Еврей улыбнулся.

— Не шахматным конем, Зубайр… надо делать ход конем Троянским. По-гречески.

Амр на мгновение ушел в себя. Он знал греческий, но не настолько, чтобы читать их книги, а это явно было из книг. Где-то там, далеко в прошлом он что-то о Троянском коне слышал…

— Троянским конем? Что это?

— Вон он, — рассмеялся Аарон и ткнул рукой в сторону крепости, — прямо у тебя за спиной стоит.

Амр развернулся. Прямо за его спиной стояла Троянская крепость, закрывающая доступ в Траянскую реку — главный канал Ойкумены. Однако осаждать ее можно было целую вечность: каменные стены неприступны, а запасы воды, беспрерывно подающиеся акведуком — неограниченны.

— Пойти Троянским конем?

Он уже прозревал смысл [56] этой греческой шутки.

— А ведь Аарон дело говорит, — возбужденно пробормотал рядом купец Менас. — Здесь только акведуком и можно попытаться пройти… причем, теперь — самое время.

Ираклий выскочил из загородного дворца сразу после первых двух ударов. На третьем толчке упал на землю, перекатился, вскочил и проводил взглядом оседающий внутрь дворца красивый каменный купол.

Рядом тревожно кричала и суетливо бегала гвардейская охрана. Конюх и повар волокли под руки кого-то залитого кровью. На горизонте в направлении Антиохии полыхало оранжевое зарево. Но перед глазами Ираклия стояло только одно — то, что произошло двадцать восемь лет назад. Очевидцы говорили, что в тех местах, куда с неба пал огонь [57] , горели даже камни.

Земля еще раз дрогнула, кто-то протяжно закричал, а Ираклий вдруг подумал о том, что творится сейчас на Мекканском море — там, куда ушел его флот. Приливная волна могла пощадить суда лишь в одном случае, — если флот еще не подходил к берегам.

— А если подходил… — пробормотал Ираклий, — то никакого флота у Византии уже нет. А война с людьми Абу Касима уже есть…

Он яростно крякнул, двинулся в сторону конюшен и властным жестом поманил к себе зажимающего окровавленную голову старшего конюха.

— Прикажи запрягать! Я еду в Египет.

О том, чтобы плыть в Египет морем, сейчас не могло быть и речи.

Симон двинулся из Александрии на юг так быстро, как мог, и уже видел: значение происходящего, понимают немногие. Едва ли не в каждом квартале занимались грабежом и мародерством, и более всего страдали выброшенные на землю купеческие корабли.