— Что доказывает, — язвительно заметил агент Сидоренко, — отсутствие связи между техническим прогрессом и тупостью.

— Господа, — поморщился Джемайл, — прекращайте ругаться. Я рассказал вам все, что принесли из дворца братья Бакарри, теперь не пора ли вам отсюда убраться? Я на сто процентов уверен, что Флавиус им не поверил. Как только он оклемается, первым делом возьмется за меня. Мне самому не помешало бы убраться подальше, а если тут найдут еще и вас…

— Успокойся. Легочное кровотечение удержит его в лазарете как минимум на несколько дней.

— Как будто ему некого послать, кроме себя самого!

— Вы правы, господин Джемайл, — вздохнул Саня. — Мы уйдем завтра утром. Я уже получил инструкции…

— В которых не учтено, что Флавиус смылся вместе с письмами, Элмар выжил, а новый агент вот-вот опознает среди убитых двух своих бывших сослуживцев по Каппе, которых вы так удачно завербовали. Местным он, скорее всего, не скажет, но кому надо доложит обязательно.

— Ну, доложить и я могу, а что толку? Здесь из наших только ты да я, и даже оружия нормального у нас нет.

— «Нормального»… — презрительно скривил губы Астуриас. — Как меня бесит ваш снобизм, ты бы только знал… Ну, была бы у тебя хорошая снайперка, и что, ты бы сумел застрелить трех человек, лежащих темной ночью в темной комнате?

— Ну хотя бы попытаться можно было…

— Попытаться можно и так, — в сердцах бросил мистралиец, уставившись на свой пояс с оружием, валявшийся на стуле. — Я бы даже попытался, если это чем-то поможет.

— Конечно, поможет. Все вернется на исходные позиции, когда у сторонников короля не было никаких доказательств и можно было распространять нужные нам настроения. Но толку мечтать, все равно добраться до Флавиуса и его писем невозможно.

— Для неумех вроде вас — и правда невозможно… — скорее задумчиво, чем язвительно подтвердил Астуриас. — Джемайл, у тебя план дворца далеко?

— Ты что, хочешь сам слазить? — испугался Саня, догадавшись, к чему идет. — Ты хоть представляешь, какая там сейчас охрана?

— Еще бы, — подтвердил вор, расстилая перед собой протянутый лист. — Они сказали, третий этаж, последняя комната? Взгляни. Там мост почти рядом. Только подняться на этаж.

— Мост перегорожен и заминирован. А на этажах полно охраны.

— Ну, если рассчитывать пройти по мосту парадным маршем, прогноз получится печальным, — опять ударился в язвительность Астуриас. — Но у него ведь есть еще перила. Не думаю, что их тоже заминировали. А что до стражи на этажах, то по ним никто шляться не собирается. Я понимаю, при таком высоком уровне развития цивилизации люди не просто теряют навыки лазанья по стенам, но даже забывают, что такой метод передвижения когда-либо существовал… Но хотя бы догадаться можно было?

— А ты сможешь? — обеспокоился господин Джемайл. — Я-то помню, что двадцать лет назад ты мог залезть куда угодно и вылезть обратно незамеченным. Но сейчас уже и возраст не тот, и специализацию ты давно сменил…

Астуриас чуть усмехнулся.

— Не сменил. Расширил. Не переживай, уж один этаж я точно одолею. Мне нужна будет веревка, костюм, стеклорез и… ах да, фонарик не нужен, у меня прибор ночного видения остался при себе.

— А где же взять глушитель? — запричитал Саня. — Ты ведь переполошишь всю охрану первым же выстрелом!

Мастер-вор в последний раз ухмыльнулся и любовно погладил ножны.

— Открою тебе великую тайну. Кроме пистолета с глушителем на свете уйма другого бесшумного оружия.

Это место Кантор узнал с первого взгляда — тот самый пустой пляж на эгинском побережье, где Ольга познакомилась с Гиппократом, а их величества смущали общественное спокойствие публичным исполнением супружеского долга. На этот раз король был один. Он тихо сидел на берегу с трубкой в зубах, бессмысленно таращился куда-то вдаль, где море сходилось с небом, и его нескладная долговязая фигура, традиционно сложенная втрое, маячила на фоне заходящего солнца, словно вырезанная из бумаги.

Сердце несчастного кабальеро подпрыгнуло чуть ли не до самого горла, и он ринулся напрямик через пляж, увязая в песке, чтобы удостовериться, что это не картинка, не чучело, не декорация, а действительно живой, настоящий Шеллар, который может точно сказать, где сейчас Ольга, что с ней и почему ее сон невозможно найти. Примерно на полдороге он не выдержал и заорал на весь пляж, так что гуляющие по песку чайки вспорхнули и заметались, переполошенно галдя.

Король чуть повернул голову и вскинул руку в безмолвном приветствии. Больше он не сказал ни слова и не пошевелился, пока между ними не осталось всего несколько локтей. Только тогда он обернулся и укоризненно произнес: