Железная, ударная часть алебарды, состояла не только из почти метровой рубящей поверхности, но также имела навершие в виде двурогих вил и тыльник из трех острых крючьев.

Алебарда, конечно же, была такой тяжелой, что ею без помощи магических технологий не смог бы управляться и дюжий герой-воевода.

И не удивительно, что вток алебарды, то есть противоположная часть древка, был увенчан сферой из огромного куска ограненного хрусталя, сияющего ярким колдовским светом и забранного железной решеткой.

Фрида оценивающе прищурилась. Настроилась на прайм, которым разила эта хрустальная штуковина.

Что ж, следовало признать, что Болотная Дева не использует запрещенной магии. Вся магическая начинка ее алебарды соответствовала разрешительным параграфам Зимнего Указа Императора Ферраута.

Торс воительницы пересекали повешенные крест-накрест перевязи с метательными ножами самых непривычных форм.

Были тут и сдвоенные полумесяцы, и адорнийские ромбы, и звездочки, и кресты.

В довершение всего на поясе Болотной Девы висел короткий меч с рустованной рукоятью.

Конечно, Фриде хотелось бы оставить пушку Шелти на крайний случай.

Но она прекрасно понимала, что “крайний случай” уже настал. Ведь Болотная Дева приложит все усилия, чтобы с первой же секунды боя лишить ее возможности задействовать пятиствольную Визгунью.

И правда: запустив перед собой свою алебарду жужжащим оборонительным облаком, Болотная Дева бросилась вперед что было мочи!

Фриде ничего не оставалось кроме как немедля привести Визгунью в действие и обрушить на приближающуюся противницу рой свинцовых смертоносных ос.

Больше сотни пуль-кугелей мчалось прямо к сердцу Болотной Девы со скоростью, вдесятеро превосходящей самую быструю арбалетную стрелу.

Увы, накачанная праймом волшебница была столь быстра, что успела в длинном прыжке вперед поднырнуть под смертоносный поток, одновременно с этим направив алебарду острием вперед.

Так Болотная Дева и полетела дальше — уже не касаясь площадки.

Но и Фрида была не из робкого десятка. А главное, скорость ее реакции сейчас не уступала броску кобры!

Поэтому она успела наклонить ствол Визгуньи вниз и последние сорок кугелей из смертоносных жерлиц многоствольной пушки достигли цели.

Не будь Болотная Дева защищена превосходным шлемом и самой совершенной кольчугой всей Праймзоны, пули наверняка раздробили бы ей череп, сломали обе ключицы, раскрошили позвоночный столб. И на том поединок завершился бы…

Но! Чудо-кольчуга, помноженная на немалую магическую защиту, совершила невозможное: остановила стремительный свинец.

Некоторый урон, однако, Болотная Дева все-таки понесла.

Пули перерезали одну перевязь с метательными ножами, оторвали левый каблук на ее сапоге и, угодив в основание боевой части секиры, вырвали головки трех крепежных гвоздей из восьми.

Лезвие секиры возмущенно зазвенело, заныло на воинственной ноте.

Огромная энергия пуль Визгуньи передалась Болотной Деве и остановила ее стремительный лет. Дева приземлилась на торфяной ковер площадки и, кувыркнувшись через голову, остановилась.

При этом коварная воительница попробовала в глубоком выпаде достать Фриду двурогим навершием своей алебарды.

Но лучница мастерски уклонилась от удара!

Не желая терять инициативу, Фрида сорвала с плеча свой блочный лук. И, истратив на этот эффектный трюк немало энергии, послала в цель одновременно пять стрел.

Ей невероятно повезло: два наконечника вошли в неподатливую плоть Болотной Девы над левым локтем!

Это спасло Фриде жизнь.

Поскольку свой следующий удар ее противнице пришлось нанести, задействовав только правую руку. А балансировать таким длинномерным оружием, как алебарда, при помощи одной руки было тяжело даже при участии эффективной магии.

И все равно удар Болотной Девы был страшен!

Колдовская сталь алебарды с легкостью перерубила треногу Визгуньи.

Пушка рухнула набок, едва не раздробив Фриде ступню.

На обратным ходе крючья алебарды зацепили тетиву блочного лука и разорвали ее.

Фрида в отчаянии послала в Болотную Деву еще две стрелы, уже без посредства лука, чисто на энергии прайма.

Она метила в правую руку противницы. Но промахнулась.

Затем случилось то, чего больше всего боялась и Фрида, и все ее друзья.