Он обнял меня за талию и снова притянул к себе. В том месте, где наши тела соприкасались, выступил пот, воздух стал настолько горяч и тяжел от желания, что я едва могла дышать. Во время нашего любовного танца, я поняла, что он альфа-самец [18] . Это ощущалось во всем — в том, как он двигался, во властности его прикосновений. В танце он был ведущим. Встретить альфу здесь, в Мельбурне, — где волки мужского пола в большинстве случаев были гаммой [19] или же бетой [20] , — редкость. Альфы были лидерами, единоличниками, и имели склонность обосновываться в Сиднее, где в условиях жестокой конкуренции и доминантных отношений, им было проще вписаться в окружающий мир.

Прежде я никогда не была с истинным альфой — Талон не в счет. Помимо того, что он был альфой, он еще был лабораторным созданием и все его ценные качества, включая силу и агрессивную мужественность, были заслугами его создателей.

Однако в этомальфе было что-то такое, что притягивало меня, а это удавалось сделать лишь немногим волкам. Быть может, это было простое любопытство. Альфы имели превосходную репутацию, но были требовательными любовниками, и если этот волк занимался любовью примерно так же хорошо, как танцевал… ну, тогда бы я ему не отказала.

Мы все глубже продвигались в сплетение разгоряченных тел, где запах секса был столь силен, что казалось он оседает на наших телах в виде испарины, а нехватка пространства создавала впечатление, что тебя ласкают, обнимают и касаются сотни разных людей. Мы танцевали еще какое-то время, флиртуя, дразня, покусывая, целуя и узнавая друг друга, пока желание, что пульсировало между нами не стало всепоглощающим.

Когда мне уже начало казаться, что я этого больше не выдержу, его губы требовательно прижались к моим в неистовом поцелуе. Затем он приподнял меня и посадил на себя. Ощущение его плоти внутри моего тела заставило меня застонать от удовольствия.

Обхватив его стан ногами, я начала двигаться на нем — медленно, растягивая удовольствие от обуревающих меня ощущений, до тех пор, пока волны наслаждения непревратились в огненно-жидкую силу, которой невозможно противостоять. И как только наши содрогания утихли, и его теплое семя наполнило меня, я поняла, что хочу, чтобы этот волк оказался фертилен и чтобы мы смогли зачать дитя. Довольно странное желание, учитывая, что я даже не знала его имени.

Но на самом-то деле оно мне и не требовалось — в нем было что-то, что казалось мне странно знакомым.

Незнакомец прислонился лбом к моему лбу — так мы простояли с минуту, а затем он сказал:

— Я хочу, чтобы ты была моей весь этот вечер.

От его хриплого голоса по всему телу прокатились теплые, покалывающие вибрации .

Как правило, мне не совсем по вкусу притязания, но то, как он сказал «хочу», заставило меня растаять. Или же это из-за того, как его худощавое, твердое тело прижималось ко мне. Я сделала глубокий вдох и попыталась вспомнить главную причину моего появления здесь.

— К сожалению, у меня предварительная договоренность. — Ничего, кроме правды— хотя опасно признаваться в этом незнакомцу, учитывая, что я не знаю, кем являются соглядатаи Миши. Все что мне было известно — я только что переспала с незнакомцем, который может быть одним из них.

— И никакой возможности ее нарушить?

— Не в этот раз.

— Жаль.

В его ярко-зеленных глазах мерцал голод, теплота, веселье и что-то еще. Что-то, от чего у меня перехватило дыхание и странно екнуло сердце.

То было предначертание судьбы.

И тут же на меня нахлынуло осознание— этот мужчина сыграет главную роль в моем будущем.

Конечно, если я доживудо этого будущего.

— Кажется, я в очередной раз ошибся моментом. — Из-за безысходности положения его голос опустился до глухого рычания, вызвавшего у меня жаркую дрожь.

К слову о горячих волках… Как только я осознала сказанное им, то сразу же поняла, что встречала его прежде. Здесь, на этом танцполе, в схожей ситуации. Только в тот раз, он позволил мне уйти, не доводя дело до секса.

— Келлен?

Его располагающая неспешная улыбка вызвала в моей крови новый всплеск желания.

— Я задавался вопросом, вспомнишь ли ты меня.

— Я поражена, что ты помнишь меня. Ведь в прошлый раз наш танец длился не более пяти секунд, — ответила я, удивленно приподняв бровь.

Веселость в его глазах соперничала с желанием — весьма заманчивое сочетание, из-за которого я мысленно проклинала причину,по которой здесь находилась. Что касаемо секса, то я скорее бы предпочла развлечься с этимволком, чем с тем «леденцом на палочке», которого жду.