— Вы оба дали мне немало поводов для размышления, — осторожно заговорил Субутай. — В ответ на вашу помощь вы просите нас только совершить набег на лагерь алур мерики в самый разгар битвы?

— Да, — ответил Эсккар слишком быстро и тут же заставил себя говорить медленнее. — Возможно, ваша помощь не потребуется для нанесения им поражения. Не исключено, что мы проиграем. Но в самый жаркий момент боя ваш отвлекающий маневр может повернуть ход всего сражения.

Субутай сделал глубокий вдох и на мгновение плотно сжал губы.

— Я надеялся, что на какое-то время мы покончили со сражениями. А теперь мы должны решать, рисковать ли, идя в новую битву.

— Вождь Субутай, нам также предстоит еще одно сражение, — ответил Эсккар. — Но всегда остается какое-то еще сражение. Каждый год приносит какую-то новую угрозу. Важно помнить, что участвовать следует лишь в тех битвах, которые помогают твоему народу, а не в тех, которые не приносят ничего, кроме растущей ненависти.

Эсккар произнес эти слова, но мысли принадлежали Трелле. Они много раз обсуждали будущее после поражения алур мерики.

Субутай встал и поклонился, его люди поднялись вместе с ним.

— Ты предлагаешь мне изменить обычаи моего народа, а это сделать нелегко. Но мы обдумаем ваши слова.

Он покинул круг и отправился к месту, где члены его племени собирались раньше. Воины и женщины следовали за ним. Через несколько минут они развели небольшой костер и уселись вокруг него.

— Как ты считаешь, он это сделает? — спросил Эсккар Треллу шепотом, обнимая ее.

— О, да. У него нет выбора. Женщины за этим проследят. Они знают, что если племя не будет расти, то они все вскоре умрут или попадут в плен. И они хотят получать товары из Орака, которые облегчат их жизнь.

Трелла положила голову ему на плечо.

— Я разозлился, услышав, что ты покинула Орак, — тихо сказал Эсккар. — Но теперь я рад, что ты пришла. Я пытался сам убедить Субутая, но не мог придумать как. Однако мне удалось помешать ему уехать вперед и взять тебя в плен.

Эсккар улыбнулся при виде замешательства у нее на лице.

— Неважно. Я расскажу тебе об этом, когда мы вернемся в Орак. А теперь отдыхай. Через час мы трогаемся. Нас ждет великая битва.

Через два часа после полуночи Эсккар и Трелла были уже на восточном берегу Тигра. Едва они покинули плоскодонку, как паромщики и солдаты подхватили веревки и направили неповоротливое судно назад, на другой берег реки. Казалось, что их глухие и тяжелые стоны разносятся по реке, которая усиливала даже малейший звук.

С этим ничего поделать было нельзя. Потребуется еще четыре раза пересечь реку туда и обратно, чтобы перевезти всех, включая лошадей, назад в Орак. Поэтому люди будут подвергаться риску еще несколько часов.

Сисутрос с беспокойством ждал на причале. Когда они вернулись, у него на лице сразу же отразилось облегчение. В деревне Эсккар, Трелла и Сисутрос быстро пошли к дому и сразу же поднялись в комнату Эсккара, где их ждали Корио и Никар. На столе стоял холодный ужин и вода. Помещение освещали две масляные лампы.

— Клянусь Иштар, мы рады, что вы вернулись, — возбужденно заговорил Сисутрос. — Жители деревни были почти в панике, когда уехали вы оба. Еще один день — и половина попыталась бы переправиться через реку и присоединиться к вам.

— Варвары здесь? — спросил Эсккар, взял холодную куриную ножку и откусил.

— Да, большой отряд, который грабил на юге, появился два дня назад. Нашим разведчикам пришлось бежать к воротам. Теперь они стоят лагерем примерно в двух милях, на ферме, которая принадлежала старому Гудее с сыновьями. Вся семья в гневе из-за того, что варвары выбрали именно их дом. Гудят, как осы. Со стен мы рассмотрели около ста человек, но, вероятно, их по меньшей мере в два раза больше.

— А основная группа? Есть какие-то новости?

— В последние несколько дней никаких сведений не было, но они уже должны находиться где-то поблизости. Теперь мы здесь заперты, и после твоего отъезда мы не отправляли никаких дозорных на север. Вероятно, основная группа встанет лагерем в нескольких милях отсюда через два или три дня. — У него в голосе слышалось напряжение. — А ваше сражение хорошо прошло?

— Отлично. Во время битвы мы потеряли только восемь человек, правда, еще один раненый умер по пути домой. Но мы убили всех варваров, семьдесят три человека, и их лошадей. Выживших лошадей отдали ур намму. Пройдет по крайней мере неделя, а то и больше, прежде чем алур мерики начнут волноваться о том, что случилось с их товарищами, которых послали на другой берег Тигра.