Эсккар подумал, что вчерашняя казнь их начальников, вероятно, поможет больше, и они теперь будут старательно выполнять свои обязанности.

— Подготовь все, но за ними буду следить я, — ответил Эсккар. — А ты отдыхай.

Гат открыл рот, чтобы возразить, но Эсккар поднял руку.

— Если это сделаю я, все увидят, насколько это важно, а у меня появится возможность размять ноги. И я пообещаю несколько монет тем, кто будет трудиться лучше всех.

Он встал и отправился к колодцу за водой с пустым кубком. Слуга как раз доставал воду ведром. Вот оно появилось из глубины, отдавая приятной прохладой. Люди вечно забывали выпить достаточно воды, когда предоставлялась возможность, а потом слабели от жажды, вынужденные долго оставаться на жаре.

В середине утра они открыли ворота в западной части деревни. Солдаты стояли рядом на тот случай, если где-то у берега скрывается отряд варваров. Но жителей деревни встретил только плеск реки. Из ворот выскользнули двести мужчин и женщин, которые вели за собой лошадей, несли веревки и доски. Все быстро разошлись по указанным местам и приступили к выполнению порученной работы.

Им не понадобилось идти далеко, чтобы найти первые трупы. Из-за горячего солнца и скользкой поверхности это оказалась тяжелая работа: тела были уже обсижены мухами, которые тучами взлетали вверх, когда их беспокоили. Многие трупы лежали в кучах дерьма. Умирая, люди непроизвольно опорожняли желудок и мочевой пузырь, и теперь вонь человеческих испражнений добавлялась к запаху крови и трупов. Кроме того, на телах остались отметки, свидетельствующие о том, что много мелких животных хорошо попировали ночью.

Деревенские жители с трудом пробирались по рву и тянули трупы к дальней части. Там другие привязывали веревки к ногам покойников и уговаривали нервничающих и возбужденных животных выполнить неприятную работу. Когда люди начали перемещать мертвых, в горячем воздухе повис запах смерти.

Худшая работа досталась тем, кто вчера сбежал. Им поручили вытаскивать трупы из грязи и подтаскивать к краю рва. Но вчерашних нарушителей оказалось недостаточно, для того чтобы перетащить всех мертвецов. Вскоре почти все перепачкались в грязи, но люди гораздо больше боялись оказаться застигнутыми врасплох на открытом участке, чем грязи и вони.

Они начали с ворот, выходящих на реку, а потом пошли вдоль стен. Очистка рва у задней стены не заняла много времени, как и вдоль боковых укреплений. Но большая часть трупов лежала перед восточной стеной. Вскоре варвары заметили, что там началось какое-то движение, и отправили всадников на разведку.

Их было немного, меньше десяти, и они держались в отдалении, проявляя уважение к лучникам, которые стояли на стенах в боевой готовности. Эсккар следил за работой, постоянно подбадривал людей и смеялся каждый раз, когда кто-то падал лицом в грязь или неловко садился на задницу. Он вместе с конем спустился в ров, осторожно перевел его по грязи, потом помог взобраться на другую сторону.

Теперь командир мог ездить взад и вперед, как требовалось, следить за всем и давать указания. Четыре телохранителя следовали за ним пешком, несомненно проклиная жару и представления командира о разминке. Но, в основном, он просто сидел на коне и наблюдал. Люди должны были знать, что он рядом. Непосредственно же работой руководили Никар и другие представители Семей.

Эсккар услышал свое имя и поднял голову. Ему махала Трелла, которая удивилась, увидев его на противоположной стороне рва. Он помахал ей в ответ, чувствуя себя учеником, сбежавшим с урока, потом медленно поехал к входу в деревню.

Он остановился у юго-восточного угла и наблюдал, как продвигается работа. Работники были мало похожи на людей после того, как столько раз упали. Казалось, они сами вылеплены из грязи.

Эсккар посмотрел на восток, на группу варваров менее, чем в полумиле от деревни, как раз за зоной действия стрел. Пока он смотрел, к первой группе присоединилось еще около двадцати всадников. Они навели на него луки. Трое поехали по направлению к нему, но так и оставались за пределами действия стрел. Она бросали ему вызов и кричали, предлагая сразиться с ними один на один.

Эсккар, не обращая на них внимания, заехал на коне за угол стены и направился к главным воротам. Животное осторожно ступало среди тел и того, что осталось от сожженных телег. Конь то и дело пугался трупов, фыркал и дергал головой. Запах беспокоил его не меньше, чем людей. Эсккар крепко сжимал бока коня коленями. Добравшись до участка перед главными воротами, командир осмотрел разрушения.

Хотя ворота и обжигали до атаки, он видел, где горел огонь алур мерики. Трещины, появившиеся после удара бревном, казались ему большими, но, если Корио удовлетворен ремонтными работами, значит, они в самом деле проведены хорошо. На Корио работала большая группа людей, которая постоянно следила, чтобы ворота стояли крепко, а земля под ними не разрушалась. Сверху свисала дюжина веревок на тот случай, если людей придется быстро затаскивать внутрь. Ворота не будут открывать до тех пор, пока не уйдут алур мерики.

Крик, раздавшийся до стены, заставил его повернуться. Эсккар увидел, что группа варваров разрослась до шестидесяти или семидесяти всадников. К этому времени они поняли, что он занимает в деревне какой-то важный пост, хотя бы судя по тому, как его приветствовали жители деревни, когда он проезжал мимо них. Эсккар поехал дальше, пустив коня шагом. Он направлялся к северо-восточному углу, осматривая ров и стену, пытался поставить себя на место противников и догадаться, куда будет направлена следующая атака. Добравшись до угла, он увидел, что дюжина воинов следует параллельным курсом, оставаясь вне пределов действия стрел, но следит за каждым его движением.