Трелла тратила его золото, но у него его было больше, чем нужно для удовлетворения потребностей. И она была права: мужчины говорят в присутствии женщин так, словно те глухонемые. Он сам много раз так делал. Теперь он больше не будет неосторожно открывать рот, чтобы его собственные слова потом к нему не вернулись.

— А все эти… женщины… сообщают тебе все, что слышат?

— Да, они шпионят за своими мужьями и любовниками. Большинство мужчин очень свободно болтают во время занятий любовью, как тебе известно.

Шпионят. Новое слово, о значении которого Эсккар тут же задумался. Шпион — это сборщик секретов, которые другие не хотят тебе раскрывать. Такие знания определенно могут быть полезны.

— И ты продолжишь сбор этих сведений?

— Да, обязательно. Но мне нужно больше золота, Эсккар.

Его двадцать золотых монет в месяц должны исчезнуть. Он погладил ее по шее, думая, что его отношение к золоту изменилось за последние несколько месяцев. Теперь оно стало просто средством достижения цели.

— Бери сколько нужно, Трелла. Что еще я должен услышать перед сном?

Они долго говорили той ночью. Когда Эсккар не соглашался или задавал ей вопросы, то внимательно слушал ее объяснения, пока они не достигали согласия или, по крайней мере, понимания.

Они шептались, наблюдая, как на небе появляется, а потом исчезает луна, как тухнет лампа. Дело уже близилось к утру. Трелла меняла не только его мысли, но и сам образ мыслей. Однако одну из них он оставил при себе. Когда придет время, молодой Калдор умрет. От этого на губах у Эсккара появилась улыбка, перед тем как они оба погрузились в глубокий сон.

На следующее утро Эсккар, как обычно, тренировался с последней группой новобранцев. Он обладал природными способностями к воинскому искусству, которые еще усилились благодаря нескольким месяцам тренировок и хорошему питанию, и теперь он тоже мог заниматься обучением, а не только тренироваться с новобранцами.

Тем не менее Эсккар часто получал новые знания, а не только делился своими. Некоторые из прибывших просто не обучались раньше так, как того хотел Гат, однако являлись опытными бойцами. Поэтому Эсккар наблюдал за различной техникой владения мечом и уже освоил кое-какие новые приемы.

В этот день удача была на его стороне. Никаких новых синяков. Тело не болело. Он устал, испачкался и умывался вместе с солдатами, перед тем как приступить к следующему этапу тренировки. Эсккар повел новобранцев по улицам к воротам, выходящим на реку, и к мишеням для стрельбы из лука на северной стороне. Стрельба из лука, по мнению Эсккара, оставалась самой важной частью подготовки. Лук по-прежнему был единственным оружием, которое давало жителям деревни шанс в борьбе против варваров.

Эсккар с Гатом часто обсуждали эту подготовку, и оба стремились сделать каждого мужчину прекрасным лучником ко времени появления варваров. Солдаты должны были не только освоить стрельбу из лука, но и технику, которую Гат специально разработал для стрельбы со стены.

Когда Эсккар с группой появился на стрельбище, то застал там внушительную толпу. Большую ее часть составляли солдаты, но собралось и достаточно жителей деревни, как мужчин, так и женщин. Увидев их, Эсккар нахмурился. Жители деревни и солдаты должны были в это время выполнять свои обязанности, а не наблюдать за тренировкой в стрельбе из лука.

Пробираясь сквозь толпу, он разозлился еще больше. Новобранцы следовали за ним. Толпа кричала. Пробравшись вперед, он увидел, как прицеливается Тотомес. Люди в толпе снова закричали. Потом сын Тотомеса Митрак натянул лук и выпустил стрелу по самой дальней мишени. Зрители снова одобрительно закричали, еще до того как мальчик, обслуживающий мишени, показал, что стрела вошла точно в центр.

Эсккар замер на месте. Увиденное произвело на него такое же впечатление, как и на всех остальных. Нарквил тем временем выпустил стрелу в ту же мишень и тоже попал точно в центр. Затем Тотомес с сыновьями отошли на двадцать шагов назад и начали все снова. Они уже стоял далеко за самым дальним рубежом, с которого тренировались самые опытные лучники. Гат был здесь же. Он заметил Эсккара и присоединился к нему.

— Доброе утро, командир. Тебе надо было прийти пораньше. Этот Тотомес с сыновьями устроил тут такое! Они ни разу не промахнулись, ни с какого расстояния. Форно говорит, что никогда видел ничего подобного.

Форно был старшим лучником в войске Эсккара. Именно он застрелил воина Наксоса. Форно руководил подготовкой лучников-новобранцев.

— Значит, они умелые лучники. Но могут ли они обучить этому мастерству других?

Гат почесал бороду. Толпа в это время снова одобрительно кричала после очередного попадания.

— Форно считает, что могут. Тотомес уже ему кое-что подсказал и даже дал выстрелить из собственного лука, хотя и с близкого расстояния.

Никто из лучников не хотел бы сломать лук другого, пытаясь попасть по удаленной цели. В пользу Форно говорило то, что Тотомес вообще разрешил ему воспользоваться своим оружием. После того как Тотомес с сыновьями выстрелили в очередной раз, толпа отошла еще на двадцать шагов. Тотомес заметил Эсккара и кивнул ему.