(На жаргоне Гили, заплетающимся языком)

— Эй мужик хватать и тикать парень трах-перетрах мужик так вот эдак и вот так во все дырки так что ли?

(Подражая аристократическому выговору)

— Ах друг мой не разберу что вы говорите.

(Показывает)

— Нам сюда, Пи-девка.

— Куда это, госпожа-хозяйка?

— В западные верхние кварталы — к пентхаузу Блэза Шимы. Придется пройтись. Шевелись, девочка.

(Две женщины идут своим путем по улицам Гили. Когда они огибают набережную Гудзона, на растрескавшийся поребрик высачиваются грязевые чудища, порожденные радиоактивным загрязнением вод Нью-Йоркской гавани — подвижная плесневая слизь в поисках гнили для пропитания.)

— Сссс! Фффф! Сррр! Зззз!

(В Доме Секступления у мамаши Меркин на окне верхнего этажа стоят три шлюхи; у каждой в левой руке горит фаллическая свеча, а правыми они готовят себя к ночным увеселениям. Одеты и причесаны они в подражание нынешним знаменитостям.)

— Ой, госпожа Нунн-хозяйка, поглядите! Это Грета Грабье?

— Нет.

— А это Ждана Хонда?

— Нет.

— А это Хулия Собетс?

— Да нет же. Это все дешевки пятидесятого разбора.

(Потаскухи распахивают окно и запевают на радость публике Гили свою рекламную песенку.)

(Уличный Тошномат на углу вдруг озаряется пронзительными огнями.)

— Ой, пожалуйста, госпожа-хозяйка. Я уж сама не своя от этой новенькой штуки Плюньки. Можно, госпожа? Можно?

(Гретхен неохотно останавливается и опускает в Тошномат жетон. Пи нажимает кнопку № 1101. Выскакивает звуковой клоп, подползает к отпечатку указательного пальца Пи и ползет по нему, тихо напевая.)

(С клинической точностью)

(Звукоклоп заканчивает номер и упархивает обратно в Тошномат. Возле переулка Особей, бывшего Девичьего, двадцать два носильщика с огромными грузами Пластекилы компании Сгущенка & Сушенка о чем-то горячо спорят со взводом боевиков ООП и их лейтенантом.)

— Эй мужик что же и не доставить товар так что? С каких пор таможенный пост у нас тут ваще приключился ну ваще…

— Эй парень а с вечера тут. Надо доставить гони двадцатник и ваще. (К Гретхен)Эй привет. Запомнил тебя. Сладкая штучка еврейка из фалашей приходила куколка в пирамиду. Приветит красоточка-жидовка.

— Привет, красавчик. Вижу, что Отец-Ооп установила новую незаконную таможню по соседству. Чудно. Нам платить?

— От тебя — ни медяшки от такой куколки-красотки. Может что другое попозже?

— Ладно. Увидимся внизу.

(Взрыв. Сотрясение! Фабрика криптонового кетчупа разваливается на куски от взрыва бомбы, и представитель движения Органических Террористов делает заявление по городской сети.)