Но она совсем не была похожа на робкую и послужную гречанку, в ней чувствовался дерзкий характер, и наверняка управляться с этой женщиной было делом непростым. Неужели Максимилиан полюбил её? Полюбил на столько, что вопреки традициям и правилам взял в жёны простую женщину, которая хотя и была достаточно мила, но далека от греческих канонов красоты.

Но как бы то ни было, Лина была тут, в Аиде, и выхода от сюда не было.

— А здесь всегда так? Темно, тихо, без ветра, без тумана… — вдруг спросила она.

— Да, это же мир мёртвых, и природа тоже мёртвая.

— Деметрий, а хотите, я вам расскажу легенду о славном герое Геракле? Максимилиан очень любил слушать их, возможно и вам понравится, — сказала Лина, и наконец, оторвалась от созерцания водной глади.

— С удовольствием, — широко улыбнулся мужчина и подал руку девушке, предлагая ей подняться.

Максимилиан лежал, закрыв глаза, и не мог понять, что опять его привело в эту гостевую комнату, и чем она отличалась от прочих. Но только тут он чувствовал покой в душе, покой и в тоже время тоску, рвавшую душу на части.

"Мне нужна новая комната" вдруг возник незнакомый голос в голове. Максимилиан резко открыл глаза, но никого рядом не было.

"О боги, я схожу с ума. Мне уже мерещатся незнакомые запахи, голоса, чьи-то шаги… и всё это заставляло сердце болезненно сжиматься. Но почему?"

Вот и сейчас, Максимилиан как будто чувствовал кого-то рядом с собой, чувствовал нежный любящий взгляд. Он как будто ласкал его, согревал. Закрыл глаза, не в силах это вынести, но совершенно неожиданно почувствовал движение рядом с собой. Повернулся… о боги!

Перед ним стояла Афина. Это была точно она, в этом не было сомнения, Максимилиан её узнал сразу, хотя видел до этого всего раз в жизни. Давно, когда ему было девять лет, во время прощания с отцом. "Будь сильным. Теперь ты царь. Докажи им, что ты достойный сын своего отца" — сказала она тогда. Слова, ставшие главными в жизни молодого царя. И сейчас Афина стояла перед ним, божественно прекрасная, в длинном белом струящемся хитоне и пронзительно зелёными глазами.

— Здравствуй полководец, — улыбнулась она ему.

Максимилиан поспешил встать с кровати и опуститься на одно колено, приветствуя любимую богиню.

— Встань, не пристало великому воину стоять на коленях, — покровительственно протянула Афину руку, и Максимилиан осмелился подняться и посмотреть на неё. Это было невероятно!

— Я знаю, почему ты здесь, — произнесла она. — Я знаю, что терзает твою душу.

— Что? — только и смог спросить он.

Но Афина не стала ничего отвечать, а лишь взмахнула рукой, и вокруг Максимилиана мир как будто потерял чёткость, покрываясь белым туманом, а пол под ногами начал уходить. Но уже через секунду он по-прежнему стоял в той же гостевой комнате рядом с Афиной, но они были уже не одни. На кровати лежали…

— Афина кто это? — спросил Максимилиан, смотря на красивую девушку с волосами цвета солнца и мужчину рядом с ней, как две капли воды похожего на него самого.

— Это ты и твоя жена.

— Жена? Это моё будущее?

— Нет, это прошлое.

Прошлое? Как это могло быть прошлым?

Максимилиан смотрел на… себя и девушку в своих объятиях. О боги, какими они были счастливыми. Голубые и удивительно ясные глаза девушки как будто светились, её нежные коралловые губки припухли, явно говорящие о недавнем страстном поцелуе, а маленькие пальчики ласкали мужскую грудь.

Дотронулся до себя, почувствовав их на своём теле, но уже через секунду мир снова потерял чёткость и окружающую комнату, словно сдуло ветром. Она сменилась дворцовой площадью. Теперь они с Афиной стояли на ступенях и смотрели, как другой Максимилиан въезжал в дворцовые ворота. Рядом ехал Тигран, а за спиной генералы. Живые… они все были живы… И Тигран, Аргос, Приас и Тимон.

Они возвращались с войны, это Максимилиан понял сразу. Тяжёлая медная кираса, шлем, закреплённый к попоне лошади и плащ, грязный от дорожной пыли. Но мысли его прервала широко распахнувшаяся дворцовая дверь, которая едва не слетела с петель. И оттуда выбежала та самая девушка, которую он только что видел в своих объятиях в гостевой комнате.

Её золотые волосы развивалось на ветру, а странное белое платье струилось лёгким шлейфом, оголяя прекрасные стройные ножки. Эта девушка неслась к тому, другому Максимилиану как ветер, и как только его ноги коснулись земли, она бросилась в его в объятия, прижимаясь всем своим телом и страстно целуя в губы.

"Максим, наконец-то ты вернулся" — услышал он её нежный голос в голове, но через секунду площадь пропала, сдунутая невидимым ветром. Вокруг них выросли стены, голубое небо сменилось высоким потолком, украшенным фресками, они уже стояли в богато украшенном тронном зале, заполненном людьми.