— Не прибедняйся, Сид. В Вашингтоне любой скажет, что следующий президентский срок — твой.

— Нет никаких гарантий, что меня выдвинет партия.

— Зря ты увиливаешь. Иметь политические амбиции вовсе не стыдно.

— Да, в этом городе каждый ведет свою игру. И ты тоже.

— Не буду спорить. — Сандекер резко повернулся к собеседнику. — Вот только мои амбиции не финансирует свихнувшийся русский. Скажи, Сид, что Разов тебе пообещал? Только не изображай оскорбленную невинность. Доказательства неопровержимые.

Блеф удался. Казалось, что сейчас Спаркман выйдет из себя — но он сломался и будто съежился.

— Мне досталась бы большая часть залежей метангидрата у побережья США. Миллиардные прибыли. — Голос вице-президента дрожал.

— Теперь-то ты понял, для чего затевалась разработка месторождений?

— Конечно, понял! Ты ведь слышал, что я выступал за самые жесткие меры. Я требовал немедленно покончить с Разовым.

— Разумеется, это никак не связано с тем, что в случае гибели Разова твоя тайна пойдет ко дну вместе с ним?

Спаркман вяло ухмыльнулся.

— А ты умеешь брать быка за рога… Ладно, чего ты хочешь?

— Во-первых, имей в виду: если до Разова дойдет хоть слово из сказанного сегодня утром, я с тебя живьем шкуру спущу.

— Адмирал, я, конечно, пожадничал, но я не предатель; теперь, узнав о его планах, я не намерен помогать Разову.

— Хорошо. Во-вторых, как только все закончится, ты подашь в отставку.

— Но я не могу…

— Сможешь. Иначе о твоей роли в заговоре будут талдычить по Си-эн-эн двадцать четыре часа в сутки.

— Ладно, — испуганно прошептал вице-президент.

— И последнее. Ты сообщишь Разову, что мы до сих пор не поняли, зачем ему понадобилась подлодка.

Спаркман кивнул.

— Благодарю, господин вице-президент. Не буду отнимать у вас время. Вам ведь нужно выполнять поручения президента.

Спаркман расправил плечи.

— Мои люди свяжутся с вами, чтобы скоординировать усилия.

Они не стали пожимать друг другу руки. Вице-президент вернулся в Белый дом, а Сандекер отправился на парковку, где его дожидались остальные. Он злился и на себя — неприятно рушить человеку карьеру, и на Спаркмана — как можно быть таким идиотом?

Сев за руль, адмирал произнес:

— Джентльмены, пришло время найти борзым мистера Разова подходящую клетку.

В море неподалеку от Бостона.

— Слушай, а что, собственно, происходит? — спросил Завала. — Объясни, а то читатели моих мемуаров ничего не поймут.

— Мы на борту подлодки ВМФ США, по поручению НУПИ выполняем научные исследования для Сибирского управления по борьбе с сельскохозяйственными вредителями, — сообщил Остин. — Официально нас здесь нет.

— Тогда не стану я писать мемуары, — покачал головой Джо.

— Не переживай. — Курт оглядел просторную кают-компанию. — Тебе все равно никто не поверил бы.

Им приходилось перекрикивать хриплые голоса дюжины суровых мужчин в черном спецназовском облачении. Все столпились в дальнем конце комнаты и наносили на лица черно-зеленую камуфляжную раскраску. Бойцы громко шутили и хохотали, умолкая лишь для того, чтобы глотнуть водки из пущенной по кругу бутыли. Петров, одетый в такую же черную форму, закрасил шрам на щеке и что-то бросил по-русски. Его замечание ужасно развеселило остальных. У одного даже слезы на глазах выступили, и он хлопнул Ивана по спине с такой силой, что у обычного человека треснула бы пара ребер.

Петров, прихватив бутылку, подошел к Курту с Завалой.

— У вас там прямо Кремлевский клуб юмористов. Почему все смеются?

Иван расхохотался и предложил выпить водки.

— Я больше текилу люблю, — вежливо отказался Завала.

Остин подумал, что за все время их знакомства Иван впервые чувствует себя в своей стихии.

— Я напомнил ребятам русскую пословицу: «С волками жить — по-волчьи выть», — объяснил он и, перехватив озадаченный взгляд Остина, добавил: — Это примерно как «одного поля ягоды».

Его собеседники ничего не поняли, и Петров вздохнул.

— Ладно, потом… — Он нанес на лоб и щеки Остина камуфляжную раскраску, сделав его похожим на индейского вождя. — Вот теперь ты готов.

— Спасибо, Иван. — Курт подправил раскраску. — Думаешь, тебе стоит туда соваться?

— Я, по-твоему, старик? Не забывай, я на месяц моложе…

— Знаю-знаю, — сказал Остин. — Досье. Не кипятись. Тебя ведь немного зацепило в Бостонской бухте.

— Да уж, великая битва. Никогда не забуду, как ты летел над палубой, словно Тарзан! У меня обыкновенная царапина. Я в полной боевой готовности.