— Как выяснилось, любовь к моде сильно бьет по карману. Не знаешь, где можно купить одноразовые бабочки по дешевке?

Профессор громогласно расхохотался и стал переводить ответ остальным. Усадив Траутов на приготовленное место, Орлов воодушевленно потер руки и отправился за едой. На ужин были традиционные русские пироги с осетриной, вареный рис и борщ. У профессора нашелся ящик знаменитого шампанского со здешнего завода «Абрау-Дюрсо». Гости не пили водки и не понимали по-русски, но ужин все равно вышел на славу и затянулся допоздна. Ближе к полуночи Трауты поднялись из-за стола и стали извиняться перед хозяевами.

— Мы же только начали! — возмутился Орлов.

От выпивки лицо профессора раскраснелось, а после громкого исполнения непристойных частушек по нему стекали капельки пота.

— Прошу вас, продолжайте, — сказал Пол. — У нас выдался непростой денек, и сил уже совсем не осталось.

— Конечно-конечно, вы же с дороги. Что я за хозяин, если заставляю уставших гостей слушать свои песнопения!

Пол похлопал себя по животу.

— Ты замечательный хозяин. Просто с тех пор, как мы пили в «Капитане Кидде» всю ночь напролет, я чуточку постарел.

— Да, приятель, ты явно не в форме. Ничего, поживешь тут недельку — и наберешь былые кондиции. — Орлов обнял Траутов. — Я все понимаю. Хотите, сын вас проводит?

— Спасибо, профессор. Дорогу мы найдем, — ответила Гаме. — Увидимся утром.

После долгих объятий и поцелуев Орлов наконец отпустил гостей. Направляясь по тропинке к одинокому фонарю над дверью своего коттеджа, супруги услышали, как тот с воодушевлением затянул по-русски что-то еще, и не без труда узнали «Пьяного моряка» — старую песню английских матросов.

— Утром Владу придется тяжко. Не хотела бы я быть на его месте, — заметила Гаме.

— Уж что-что, а отдыхать русские умеют.

Они со смехом поднялись на крыльцо.

Пол с Гаме не врали насчет усталости. Почистив зубы, они разделись, юркнули под чистые одеяла и через пару минут уже крепко спали.

Сон у Гаме был чуткий. Ближе к утру она села и прислушалась. Голоса. Громкие, взволнованные. Гаме растолкала Пола.

— Что такое? — сонно промычал он.

— Послушай. Там будто… будто дети играют.

И тут по лесу прокатился громкий вопль неподдельного ужаса.

— Это не ребенок.

Пол вскочил, схватил со стула брюки и натянул их одним движением, правда, чуть не упал при этом на пол. На стройных бедрах Гаме уже красовались шорты, и она накинула футболку, не отставая от мужа. Выскочив на крыльцо, супруги увидели за деревьями алое зарево. Сильно пахло дымом.

— Горит один из домов! — крикнул Пол.

Помчавшись босиком по тропе, они едва не налетели на Юрия, который бежал им навстречу.

— Что происходит? — спросил Пол.

— Молчите, — запыхавшись, бросил юноша. — Прячемся. Сюда.

Мельком глянув на пожар, Трауты побежали вслед за Юрием, который мчался длинными скачками. Забравшись поглубже в лес, юноша потянул Гаме за руку на мягкий ковер сосновых иголок и жестом велел Полу тоже лечь. Послышался хруст веток и громкие голоса. Пол хотел осмотреться, но Юрий велел лежать и не высовываться. Вскоре все звуки стихли.

В темноте Юрий стал рассказывать.

— Я спал в домике у отца, — объяснил он хриплым от страха голосом. — Ночью пришли люди.

— Что за люди?

— Не знаю. Они были в масках. Вытащили нас из постелей. Стали спрашивать, где рыжеволосая женщина и ее спутник. Отец сказал, что вы улетели домой, но они не поверили и стали его избивать. Он крикнул по-английски, чтобы я вас предупредил. Они отвлеклись, и я побежал к вам.

— Сколько их?

— С дюжину. Не знаю, там темно было. Наверное, приплыли на лодке. Дорога подходит прямо к нашему дому, так что машину мы бы услышали.

— Нужно вернуться к твоему отцу.

— Пойдемте, я вас проведу.

Пол ухватился за шорты юноши, Гаме взяла мужа за руку, и они двинулись кружным путем через лес. Дым становился гуще, и вскоре они увидели, что горит коттедж профессора. Все трое вышли на поляну. Там студенты тушили пожар из шлангов. Насосы, видимо, работали от генератора. Дом было уже не спасти, и они лишь старались, чтобы огонь не перекинулся на деревья и соседние коттеджи. Отдельной группкой стояли ученые постарше. Юрий заговорил с высоким физиком, а потом объяснил Траутам: