— Так будет лучше для всех.

Они еще поговорили, но усталость взяла свое, и профессор заснул. Трауты с Юрием договорились дежурить по очереди, чтобы все успели хоть немного поспать. Остаток ночи прошел спокойно. Наскоро позавтракав кофе и булочками, Трауты распрощались с хозяевами и втиснулись в то же самое такси, предварительно поклявшись, что обязательно увидятся с Орловыми уже через несколько месяцев.

Когда «Лада» затряслась по ухабам, Гаме оглянулась на пожарище. В воздухе еще висел дым.

— Когда вернемся, нам будет что рассказать Курту, — заметила она.

— Курт и сам нам много чего расскажет, уж я-то его знаю, — весело подмигнул в ответ Пол.

Человек, которого Остин называл Иваном, удивленно разглядывал святилище семьи Романовых. Курт показал ему музыкальный стул.

— И правда удивительно, — заметил русский, окинув взглядом комнату. — Интересная находка.

Остин криво усмехнулся в ответ.

— Так значит, ты не обижаешься, что ковбои немного постреляли тут из револьверов?

— Ничуть. Этого я и хотел.

— Странный ты человек, Иван, — покачал головой Курт.

— Может, и странный, но в данном случае сработала чистая логика. Не забывай, у меня на тебя вот такое досье, — он показал пальцами толщину, — и я хорошо знаю твои методы. Самый надежный способ куда-то тебя заманить — это запретить тебе туда соваться.

— К чему строить из себя Макиавелли? Просто пригласил бы, и все. Я сговорчивый малый.

— Но ты вовсе не прост. Попроси я у тебя помощи там, в Стамбуле, что бы ты ответил, учитывая всю непростую историю наших отношений?

— Не знаю, — пожал плечами Остин.

— А я знаю. Ты посчитал бы, что это ловушка. Что я хочу хитроумно отомстить тебе за этот вот подарочек, — Петров провел рукой по шраму.

— Вы, русские, сильны в шахматах, а месть — довольно мощный мотив.

— Свои порывы я научился сдерживать, а чужие — использовать для пользы дела. Впрочем, есть и другая причина. Попроси я помощи, ты мог бы обратиться к своему начальству. Ваше правительство не одобрило бы эту затею.

— Почему ты так думаешь?

— Кое-кто из ваших соотечественников поддерживает силы зла, что рвутся к власти в России.

Остин нахмурился.

— Там есть знакомые мне имена?

— Ты не поверишь, так что я пока не буду раскрывать карты.

— А почему ты уверен, что я все же не обратился к начальству?

— Вряд ли ваше правительство одобрило бы незаконное вторжение на территорию суверенного государства.

— Если мне не изменяет память, НУПИ — тоже правительство.

— Я ведь не только за тобой слежу, мистер Остин. У меня есть досье на всех сколь-нибудь значимых сотрудников НУПИ: от напарника — Джо Завалы до самого адмирала Сандекера. Мы оба отлично знаем, что адмирал ни за что не одобрил бы незаконную операцию. — Русский улыбнулся. — Если, конечно, он не сам ее задумал.

— А ты неплохо подготовился, — признал Остин.

— Чтобы вовлечь тебя в это дело, мне пришлось детально изучить устройство НУПИ.

— Ничего не понимаю. Зачем тебе НУПИ?

— Разведывательные службы в наших странах кишат предателями. Видел сегодня бойцов? Они служат под моим началом уже много лет. Но даже самую спаянную группу легко развалит всего один изменник. У вашего агентства безупречная репутация. Нельзя забывать и о практичности: мне нужна глобальная коммуникационная и транспортная инфраструктура НУПИ, а также ее информационные и исследовательские возможности.

— Спасибо за комплименты, но едва ли я смогу чем-то помочь. Я лишь один из тысяч сотрудников агентства.

— Прошу, не надо лицемерить. Ты ни за что не решился бы на такую операцию без молчаливого одобрения адмирала Сандекера и Руди Ганна.

Остина поразило, как здорово Иван разбирается в работе НУПИ.

— Как бы то ни было, у меня нет полномочий обещать тебе поддержку.

— Когда Америка будет в опасности — изменишь решение. Мы нужны друг другу.

— Тут тоже все непросто. Ты ведь так и не сказал мне, в чем именно заключается опасность.

— Я этого не знаю.

— Однако не сомневаешься, что угроза реальна?