— Успеется. Мне нужна информация об одном флотском проекте.

Глаза адмирала под набрякшими веками превратились в щелочки.

— У флота было немало проектов.

— «Индия», — бросил Петров.

— Подлодка-то? Да, была такая. А зачем тебе?

— Вам, адмирал, лучше не знать.

— Выходит, дело опасное? Никто не будет рисковать просто так.

— Я заплачу.

Адмирал нахмурился, его глаза погрустнели.

— Слушай, а я ведь ничем не лучше шлюх, что клянчат у клиентов дрянное шампанское. — Он вздохнул. — Спрашивай. Постараюсь ответить.

— Спасибо. Я как-то видел лодку класса «Индия» в доке, но на борт не поднимался. Ее ведь разрабатывали для тех же задач, что ставились моему подразделению?

— Слово «интеграция» ненавидят в любой армии мира. Спроси у американцев, во сколько им обошлось стремление армии, флота, ВВС и морской пехоты иметь собственные модификации одного и того же оружия. У нас было точно так же. Флот не желал делиться ни с кем — а уж в особенности с твоей группой, которую не контролировал. — Адмирал улыбнулся. — Впрочем, ее вообще никто не контролировал.

— Утверждалось, что эти подлодки предназначены для ведения спасательных работ.

— Сказки! Знаешь, сколько человек они спасли? — Он сложил большой и указательный пальцы колечком. — Ноль. Нет, работать по затонувшим подлодкам «Индия», конечно, могла. Позади рубки было два специальных углубления для глубоководных аппаратов. Они стыковались со спасательным люком затонувшей подлодки — но вовсе не для того, чтобы вытащить из бездны какого-нибудь бедолагу-морячка. Их разрабатывали для разведывательных операций и перевозки спецназа.

— Спецназа?

— Конечно. Помню, мы что-то вынюхивали у шведского побережья, так на подлодках транспортировали гусеничные машины-амфибии, и те ползали по дну, как тараканы. Хороший был проект — «Индия». Быстрые, маневренные…

— В открытых источниках говорится, что построили две штуки.

— Так и есть. Одна была у нас, на Северном флоте, а вторая — в составе Черноморского. Для спецопераций их иногда объединяли.

— И что с ними стало?

— Холодную войну мы проиграли, и подлодки вывели из состава ВМФ. Должны были утилизировать.

— Так их пустили на металлолом?

Адмирал усмехнулся.

— Еще чего!

Петров недоуменно повел бровью.

— По бумагам, конечно, так и есть, — пояснил адмирал. — Знаешь, все страшно боялись, что наши атомные бомбы попадут в руки безумцев, — и мы успешно продали половину обычного оружия. В умелых руках оно будет помощнее ядерного. Причем никому до этого нет дела.

— Мне есть до этого дело. И что стало с теми двумя подлодками?

— Одну утилизировали, а вторая попала в частные руки.

— Известно кому?

— Какая разница? Одной бутафорской фирме, за которой явно стоял кто-то другой. Таких прокладок между плательщиком и реальным покупателем может быть сколько угодно.

— Но ты-то подозреваешь, кто ее приобрел?

— Я уверен, что страну лодка не покидала. Ее купила фирма «Волга индастриз». Офис у нее в Москве, а где настоящие хозяева… Тогда это никого не волновало. Платили наличными.

Петров покачал головой.

— Неужели можно просто украсть боевую подлодку? Она же длиной сто с лишним метров!

— Легче легкого, если военным год не платят и им не на что жить. А таких хватает — их уже давно одними обещаниями кормят. Договариваешься с руководством — и готово. Труднее всего с бывшими коммунистами.

— Вроде нас с тобой?

— Да нет же! Мы-то флагом махали, но без всякой идеологии. Уж я-то знаю: ты в эту чушь никогда не верил. Нам просто нравилось, а по счетам платили другие.

— Мне нужны имена продавцов.

— Я их помню. Этот подонок сколотил на оружии миллионы и предлагал мне долю. Я отказался. Сказал, что нельзя набивать карманы, продавая народное достояние. Глазом моргнуть не успел — меня вышвырнули с флота пинком под зад и больше никуда не брали. Вот я здесь и очутился.

Адмирала охватили горькие воспоминания.

— Имена, адмирал.

— Прошу прощения. Просто нелегко мне пришлось… В сделке участвовали пятеро. — Он назвал имена.

— Всех знаю, — заметил Петров. — Мелкие партийные сошки, что пировали на костях Союза.

— Что еще сказать… Больше я ничего не знаю. Здешние гости о военных тайнах не беседуют. Рад был тебя повидать. Мне полагается регулярно обходить столики, так что прости, пора за работу.

— Это мы еще посмотрим, — сказал Петров и достал из кармана темный конверт. — У вас есть мечта?