Гаишная база данных включала в себя сведения о марке, цвете, годе выпуска машины, а также о прописке владельца — все, что указывается в техпаспорте. Не исключено, конечно, что соглядатай пользовался той машиной по доверенности, да и прописка могла оказаться липовой, и все-таки это пока была единственная зацепочка.

Как ни странно, но серых двадцать первых «Волг» в российской столице оказалось довольно много: более трехсот. Помня, что перестрелка в супермаркете происходила на Новочеремушкинской улице, Лютый ограничил район поисков, но это оказался довольно значительный треугольник: Каширское шоссе — конец Ленинского проспекта — Мосфильмовская. Максим исходил из того, что любой человек обычно заезжает за продуктами в тот магазин, к которому привык, в непосредственной близости от его дома.

Спустя десять минут Нечаев уже знал: в этом треугольнике живут пятнадцать владельцев автомобилей ГАЗ-21 серого цвета.

Наиболее подходящих кандидатур было четыре. Первый владелец серой «Волги» и вероятный шпион — Сергей Михайлович Квак — проживал на Ленинском проспекте; второй — Максим Феликсович Полисский — на улице Дмитрия Ульянова; третий — Олег Владимирович Сидько — по улице Кедрова, и наконец, четвертый — Вадим Андреевич Петров — на Новочеремушкинской. Все они жили в двух–трех километрах от того самого продуктового магазина, в котором и произошла перестрелка.

Максим продолжил поиски, теперь главным его орудием стал телефон. Зная, что соглядатай получил огнестрельное ранение, Нечаев прикрепил к своему мобильному прибор для изменения голоса и принялся обзванивать больницы: Склифосовского, «двадцатку», ЦОБ и прочие, где обычно принимают клиентов с пулевыми ранениями. Говорил он сухим официальным тоном, с металлическим скрежетом в голосе, с ходу представляясь сотрудником РУОПа, и уже через двадцать минут получил информацию: ни в день перестрелки на Новочеремушкинской, ни в последующие пациенты с такими фамилиями не поступали.

Это настораживало: то ли соглядатай занялся самолечением (в его положении лучше было не засвечиваться), то ли с ним что-то произошло…

Внезапно электрическим разрядом кольнуло мозг: а что, если соглядатай скончался от ран у себя дома? Ведь Минька перед смертью утверждал, что мужик с серой «Волги» схлопотал как минимум две пули!

Полученная информация несколько обнадеживала, и кольцо поисков сжималось. Четыре кандидатуры давали определенные гарантии успеха. Но внутри свербело: та серая «Волга» могла висеть на соглядатае по генеральной доверенности, могла быть угнана, одолжена, да и фактический владелец, возможно, никогда не проживал ни по Ленинскому проспекту, ни на Дмитрия Ульянова, ни на улице Кедрова, ни на Новочеремушкинской.

Впрочем, любая информация лучше, чем полное ее отсутствие, да и выбирать, собственно, не из чего.

Одевшись и слегка подгримировавшись, Лютый вышел из квартиры. Он достаточно долго петлял в проходных дворах между домами, прежде чем направился к автостоянке, где его ждал верный железный друг: невзрачные «Жигули» первой модели — так называемая «копейка» — самая неприметная машина для передвижения по городу.

Допотопная «копейка» неторопливо катила по Ленинскому проспекту. Сидя за рулем, Нечаев то и дело бросал цепкие взгляды в зеркальце заднего вида: вот уже четвертый перекресток его преследовал странный «уазик» с надписью «Аварийная служба газа».

Максим чуть притопил педаль акселератора, «уазик» также прибавил скорость, и уже перед следующим светофором стал позади «Жигулей», бампер в бампер.

Лютый сумел рассмотреть водителя: невысокий светловолосый мужчина с любопытством изучал навороченный «понтиак» слева от своей машины и, казалось, не обращал никакого внимания на неказистое изделие автозавода города Тольятти впереди себя.

Едва светофор мигнул желтым, Максим, резко взяв влево, стремительно выкатился на встречную полосу и, едва не оцарапав роскошный «лексус», тут же вывернул руль вправо.

Удивительно, но «уазик» не отставал, правда, теперь он катил чуть поодаль, однако при желании вполне мог настичь «копейку».

Несомненно, это был «хвост».

Максим даже не задумывался, кто его преследует: оперативная машина РУОПа, ФСБ или милиция, внуковские бандиты или люди Кактуса.

Какая разница?

Нечаев не жаждал встречи ни с первыми, ни со вторыми, ни с третьими.

На очередном перекрестке Лютый применил старый, но действенный способ ухода от преследования: неторопливо перестроившись под стрелку вправо, он, естественно, включил правый поворот — «уазик» «Аварийной службы газа» в точности повторил этот маневр. Но едва загорелся зеленый, Максим, не выключая правого поворота, резко вывернул руль налево — преследователь чуть замешкался, но в самый последний момент рванул за «Жигулями». Лютый понял, что за рулем «уазика», несомненно, опытный водитель.

— Опытный, но горячий, — со злостью процедил Лютый сквозь зубы, — слишком уж откровенно ты меня «ведешь». Хорошо, а если вот так?!

Обогнав пассажирский автобус, нечаевские «Жигули» резко взяли вправо и исчезли из поля зрения водителя аварийной машины. После чего, не снижая скорости и не включая поворотов, Максим стремительно свернул в проулок направо — машину занесло на обледеневшей дороге, и Лютый не без труда вывернул руль.

Но каково же было его удивление, когда через несколько минут в обзорном зеркальце заднего вида вновь замаячил знакомый «уазик»!