— Не напиваться, — предупредил Деместос, — завтра серьезная работа. У нас гости, и Арес с пятью мечниками в отъезде. Смотрите у меня!

Андрей с симпатичной сокурсницей, Леон с Галатеей и Чик с Орифией (не жрицей, рабыней) гуляли среди пестро одетых людей, слушали музыку, смотрели красочную иллюминацию, пили, ели, танцевали в меру умения. Веселились, как могли. Всюду сновали лооски в украшенных цветами разноцветных туниках, славили богиню и раздавали детям сладости. Казалось, на улицы вышли служители всех храмов Лоос. Почему — казалось? Так и было. Чик не включал «персонажа», привыкал к гадливости и в конце дня добился — воспринимал лоосок вполне нормально. Что значит сила воли!

Дамы затащили на мистерию. Скучное представление о великой верховной жрице Алексии, которая, скрываясь от злобных альганов, утащила плод Древа Жизни и посвятила его богине. Сама Лоос в обрамлении красивых световых эффектов (Светящие постарались) спустилась на хитрых веревочках и окропила огромный бутафорский финик разноцветными искрами. В конце представления жрица при помощи Силы Древа Лоос (оно выросло необычайно быстро) раскидала приехавших в храм альганов. Они хотели срубить юное деревце. И эта тягомотина шла три часа!

Зрители устроили овацию. В принципе актеры играли неплохо, но сюжет Чику не понравился донельзя. Почему — так и не понял.

Утром Деместос огорошил сообщением:

— Завтра будешь драться с каганом, и мне это не нравится. Я попробую выяснить, что к чему, но не обещаю. С лоосками общаться что со змеями. Поулыбаются и тут же ужалят. Готовься серьезно. Сегодня свободен. — Хозяин старался не смотреть на Чика, словно ему неудобно. Будто с покойником разговаривал. Это гладиатору не понравилось больше всего. Значит, сговора не будет, а выстоять против кагана… попробует! Чем черт не шутит! Чик с силой, до белизны в костяшках, сжал кулаки.

Вслед за Деместосом Чика поймал Тантал. Он не попал в шестерку Ареса только по причине свежего вывиха плеча с сильнейшим растяжением связок.

— Помнишь, что ты мне должен? — спросил он в лоб.

— Конечно.

— Так вот, выполни мое желание. Наш целитель Пандор тоже кое-что мне задолжал, подойди к нему.

— Зачем?

— Метка может испортиться. Ты меня понимаешь?

— Спасибо, друг, — Чик хлопнул здоровенного бугая по плечу, — ты настоящий товарищ, но я откажу тебе в своем обещании. Я — этруск и никогда не бегал от опасностей.

— Это верная смерть, ты понимаешь? Каганы никогда не выступали на аренах с гладиаторами, ты понимаешь, что это значит? Их воины-маги с трудом убивают!

— Прекрасно понимаю! Но ты еще плохо меня знаешь. — Чик открыто посмотрел глаза в глаза. — Хочешь совет? Ставь на меня, не прогадаешь, — сказал и поверил в собственные слова. Только беспокойство никуда не ушло. Пусть не впитал с молоком матери веру в несокрушимость каганов, но и того, что видел, достаточно для понимания — выжить почти невозможно. Зацепился за это почти. А есть еще и авось, и самое главное… если не справится с рабом-каганом, то какой смысл бросать вызов Флорине? Пан или пропал.

Тантал, покачав головой, ушел. Жаль, но что толку говорить с самоубийцей? Это его выбор. Досадно. Только-только почти вся алия привыкла к хорошему товарищу, и Тантал, как и многие гладиаторы, не видел ничего зазорного в бегстве от неминуемой гибели. Это не состязание более-менее равных, это убийство.

«Вот откуда этруск узнал обо мне? От лоосок! Раз вызвали кагана, то я наступил ему на больную мозоль, и местная старшая жрица его поддержала. Ты смотри-ка, договорилась, прислали сюда раба. До праздников ни одного кагана в городе не было. Интересно, это тот же самый каган или другой? Да какая разница! Решено, выступаю с Ромулом и Ремом, это уже не игрища. Интересно, она в курсе, что я типа претендент…» — рассуждал Чик, отвлекаясь от тревожного ожидания. Шел домой в сопровождении неотлучного Леона, который не остался смотреть битвы, а ведь ему очень хотелось. Ромул и Рем, надеюсь, понятно — альганские клинки. Названия сами напросились, едва мечи оказались в руках у хозяина.

Последствия его драки с этруском для города прошли почти незаметно. Разрушения списали на пьяных учеников Пылающих и Текущих. Мол, они повздорили. Искали среди них виновных и не нашли. Глашатаи объявили решение магистрата: премия за выдачу хулиганов, а им штраф. Власти меж тем наняли лоосок, и те быстро привели кусты в порядок. Ремесленники починили столб и мостовую. В числе других к магистру ордена вызывали и Андрея. Самому магистру было глубоко на…плевать на мелкие городские проблемы, но порядок есть порядок.

— Ты? — спросил он Андрея.

— Не я, — честно ответил тот.

— Свободен. Следующий.

В саду под приметным деревом Чик откопал завернутые в холст клинки. Не бог весть какой тайник, но он особо и не прятал. Лежала старая полусгнившая доска, под ней и выкопал углубление.

С замиранием сердца обхватил рукояти. Ему всегда нравился этот момент: мечи начинали «говорить». Разные голоса, цвета, образы проносились в голове, благодаря «хозяина» за само существование, просясь наружу. Он не разрешал, и они не обижались.