Лонна сжался в комок, чтобы успеть прыгнуть на помощь своему капитану.

Но птица свирепо проскрипела:

— Все знают, что слову Бутео можно верить, Бутео честный. Сразу убью того, кто скажет иначе. Йи-и-кха-а-а-арр!

Выхватив пряник из протянутой к нему лапы Графо, канюк взмыл в воздух и вскоре превратился в маленькую точку высоко в небе.

Лонна облегченно вздохнул:

— Я уж худшего опасался. Бутео бился бы насмерть. Как у тебя здорово получилось!

— Да… давно ведь его знаю. Память у бедного Бутео совсем отшибло. Ну и не самый умный он здесь, чего уж греха таить. Вот каждый раз и проигрывает. Ладно, на обратном пути дам ему отыграться, потому что мне все равно назад надо, на северо-восток.

— Ах ты, старый обманщик! — рассмеялся Лонна. — Не стыдно?

Графо уже грыз вытащенный откуда-то кусок сыра.

— Худой мир лучше доброй ссоры, — рассудительно заметил он. — Лучше мелкий обман, чем крупная драка с сумасшедшим канюком… чем смертный бой без смысла. Поступай так, чтобы жить стало легче, — вот мой девиз.

13

Муха сидел на гнилом бревне. Его ступни горели, и только влажная трава давала приятную прохладу. Вглядываясь в таинственную чащу леса, он бормотал соседу:

— Совсем неплохо здесь, в этом лесу. И погода лучше, чем на побережье. Есть где укрыться, есть чем поживиться.

Его собеседник Роджин, нежно потирая ступни, покрытые пузырями, мрачно пробурчал:

— Вот бы еще не топать столько… Не по нутру мне эта маршировка. Я все же крыса корабельная, а не лесная какая-нибудь сухопутная.

Прихромал и уселся рядом Вислокоготь, еще один член экипажа. Кончиком кинжала он выковырял из лапы занозу и досадливо поморщился:

— Да уж, топаем и топаем, лап под собой не чую. Куда нас Бол гонит? Ладно, день, так ведь еще и полночи на ногах!

Одноглазый Глимбо слонялся неподалеку, прислушиваясь к крысиной болтовне. Подкравшись сзади, он с силой пихнул бревно торцом своего копья, опрокинув сидящих наземь.

— А ну кончай нытье, червяки недоеденные! Услышит капитан — вас здесь же муравьи и доедят. Марш вперед, чего расселись!

Рага Бол обычно возглавлял колонну крыс, но шел, часто оглядываясь. Сейчас он бросился назад и подцепил рукав своего одноглазого помощника острым крюком, заменившим ему утраченную лапу.

Глимбо крутанул незрячим оком и бодро доложил:

— Команда на марше, все в порядке!

— Марш, марш, догонять, не задерживаться! — прикрикнул капитан на отстающих и вернулся к дрожащему от страха Глимбо. — Они обо мне трепались. Что болтали? Только правду!

Глимбо постарался отодвинуться от Раги Бола и прижался дрожащей спиной к стволу дерева, затарабанив по нему хребтом, как дятел стучит клювом.

— Чесслово, капитан, ничего они не говорили…

Лязгнула капитанова сабля, сверкнул его золотой зуб.

— Они разговаривали, но ничего не говорили. Оч-чень занимательно рассказываешь.

Слова горохом посыпались из Глимбо:

— Клянусь, капитан, они просто лопаются от благодарности! Всей команде очень нравится здесь, в лесу! Погода, солнце, жратвы навалом. Вот только не привыкли они так много ногами шевелить на суше… Пираты ведь, не пехотинцы. Ну, некоторые ноги натерли…

Вжик!Сабля врезалась в ствол дерева, сделав одноглазого Глимбо еще и одноусым.

— Лапки заболели! Кто будет жаловаться, направляй ко мне, я вылечу. Дальше будут на обрубках ковылять. И скажи им, пусть перестанут на меня глазеть. И еще скажи, что, если кто помянет этого полосатого пса, сразу язык отрежу и заставлю проглотить. Нет никакой полосатой собаки, и никто за нами не гонится. Понял?

Не дожидаясь ответа, Рага Бол отвернулся от своего одноглазого помощника и шагнул прочь. Саблю он оставил в стволе, предоставив Глимбо честь и труд вытащить ее и вернуть владельцу. Глимбо еще не успел прийти в себя, а тут новая неожиданность: капитан вдруг осел в грязь и, чуть не всхлипнув, пробормотал:

— Я ночей не сплю… Добавь часовых, когда стемнеет.

Глимбо освободил клинок и вернул его капитану. Тот сгреб саблю, искоса посмотрев на помощника:

— Чего уставился, болван? Иди расшевели их…

Глимбо отдал честь и отошел, не зная, что и думать.

Нет, на капитанском мостике еще недавно стоял совсем другой Рага Бол. Что-то неладное творилось с капитаном. Он обернулся, посмотрел на Бола, но тот уже забыл о Глимбо. Повернув голову и вытянув шею, капитан искал взглядом что-то далеко позади.