Обитатели аббатства слушались Марту беспрекословно. Кроты ныряли в погреб с носилками для камней. Сестра Сетива пожертвовала запасом больничного постельного белья для изготовления пращей. Работала кухня, готовилась еда для защитников аббатства. Марта раскатывала в кресле и распоряжалась:

— Здесь проход освободите, пожалуйста… носилки, к окну несите, ссыпайте в эту кучу… Не ставьте сюда суп, здесь пыльно. Спрячьте его пока в шкаф… О, отличная праща, кладите сюда…

Неистовый Рыж очень скоро выдохся и растерял весь запал. Лапы болели не только от усталости: из-за неопытности пращника камень иной раз не вылетал из его пращи, праща наматывалась на лапу и растяпа получал резкий удар. Да и меткости ему следовало бы подзанять у подчиненных, которым он стремился дать урок. Он раздраженно отшвырнул пращу:

— Кровь и кости, у меня есть дела поважнее! Остальные тем временем, должно быть, дрыхнут. Вот я их сейчас оживлю. — И он важно зашагал прочь.

Сливонос и Полкотлеты затрусили за ним.

— А вы куда? — возмущенно обернулся к ним лис. — Работайте, работайте!

Звери понуро вернулись к окнам и зарядили пращи.

— Гневается наш великий вождь, — усмехнулся Сливонос.

— Хрумк! — согласно кивнул Полкотлеты.

Глядя в окно, Марта внимательно следила за Неистовым Рыжем.

— Хотела бы я знать, что у него на уме.

— Ничего доброго, мисс. Да и сам он какой-то странный… По виду — чокнутый совсем. — Кротоначальник указал на кучи камней и земли у окон. — Здесь хватит, чтобы их всех чокнуть, можно начинать.

Вошла мамаша Гурвел, таща на себе объемистый мешок.

— Хурр, вот, выдры оставили, а сами ушли. Перец. Отборный, чихучий. Куда мне столько? Нечего ему на кухне делать.

Гурвел плюхнула мешок перед креслом Марты, и та сразу вытащила платок:

— Апчхи!.. Аа… а… апчхи! Прошу прощения. Чхи!.. Чхи!..

Сидящий на куче камней Бафл оценил мешок взглядом.

— Меччинеччичихчихбурраворра… — забормотал он, размахивая лапками.

— Что это он забеспокоился, сестра? — спросила Марта у сестры Сетивы, зажимая нос платком.

— Да ну его, баловника, — отмахнулась сестра Сетива, но перевела: — Он предлагает швырять перец в нечисть. Мы сами зачихаемся насмерть, пока до нечисти доберемся.

Марта придерживалась иного мнения:

— Нет, нет, обязательно надо попробовать. Спасибо. Бафл и Гурвел!

Для поварихи и малышей наконец-то тоже нашлось достойное занятие. Обвязавшись мокрыми платками, они принялись заворачивать порции перца в тонкие обрывки бересты и перевязать их ниточками. Торан взвесил в лапе один из таких комочков-свертков:

— Нормальный вес, как раз для пращи. Пусть почихают, прочистят носы и мозги.

Юч вспрыгнул на подоконник:

— Смотрите, смотрите, идут, идут!

Положив лапу на рукоять сабли и пряча ее огрызок под плащом, атаман остановился перед зданием. Чуть сзади выстроилась его команда: Полкотлеты, Флогго, Рогг, Голозад, Сливонос и Юппа.

— Где ваш главный? — крикнул лис. — Есть разговор!

В окне спальни показался аббат:

— Говори, лис! Я слушаю.

Лис выпятил хилую грудь:

— Слышь, мы вас здорово прищемили. Какие из вас вояки? Бросьте вы хорохориться. Вот что я вам скажу: откройте двери, не бойтесь. Впустите только одного из моей команды. Он возьмет магический меч… ну, еще какие-нибудь пустяки на память. И мы сразу уходим, будете жить-поживать в мире и покое.

— Никогда! — отчеканил аббат. — Никто из вас не ступит в аббатство.

Рыж незаметно сделал знак Роггу, стоявшему за его спиной, и тот приготовился.

Еле сдерживая гнев, лис продолжил:

— Никогда? Посмотрим! Вы в осаде. Мы вас уморим голодом или перебьем по одному. Не оберетесь бед!

— А вот мое предложение, — ответил Кэррол. — Уносите все, что награбили в саду и огороде, и исчезаете отсюда. Иначе — вы не оберетесь бед.

Рыж махнул лапой:

— Что с тобой говорить, мышь!

Он шагнул в сторону, и в аббата полетела стрела. Но Кэррол, уже некоторое время чувствовавший перечное щекотание в носу, в этот момент чихнул и сложился вдвое. И стрела лишь чуть задела шерсть на его голове.

Раздосадованный Рыж сделал вид, что развеселился:

— Ха-ха! Везучая мышка! Чихом спасся.

Вместо аббата в окне вырос Торан:

— А вот повезет ли тебе, рыжий? — И повар запустил в морду лису две перечные бомбы. Из других окон в бандитов тоже полетели заряды жгучего перца.

— Получай, урод!

— Нюхни, нечисть!

— Поперчу, потом посолю!

Чихая, отплевываясь и растирая горящие глаза, бандиты бросились наутек. Они сталкивались, переругивались, спотыкались и падали.