– Помню.

– Я наступил на плёнку.

С лица Карла разом отхлынули все краски. Лишь спустя некоторое время он с видимым трудом выговорил:

– И не сдох. Надо ж...

– Но стал очень восприимчивым к любым пси-проявлениям. Специально я не вслушивался в тебя. Такое впечатление, что ты просто не сдерживал воспоминаний, и они распространились вокруг тебя. Я сначала даже не понял, что это твоё.

Мы помолчали, снова уперевшись взглядами в ветровое стекло. Но любопытство меня заело. Коротко глянув на успокоенное лицо Карла, я спросил:

– И чем всё кончилось?

– Что - сам теперь боишься лезть?
– ухмыльнулся он.

– Теперь я знаю, во что влез...

– Ну, я отрубился напрочь. А когда очнулся, сидел в машине с Вольфом.

Он снова расслабился.

А я снова увидел. И ощутил. Тело будто избитое. С трудом поднялся, сел, сразу прислонившись к спинке сиденья. Меня пока никто не трогал. Появилось время рассмотреть, где я. Ветровое стекло. За ним улицы по-дневному хлопотливого города. Справа - тот самый усмешливый высоченный светловолосый мужик, за рулём. Он даже не связал меня - Карла. Не заковал в наручники. Плевать он хотел на меня!.. На то, что я, такой крутой, - и рядом с ним. Не боялся человека, который мог!.. Карл ослабел, но по инерции продолжал думать о себе, привычном - том, который мог пси-подчинить себе любого...

Гигант вдруг протянул ручищу к бардачку и вынул пачку бумажных платков.

– Утрись, - прогудел он.

Карл молча же распечатал пачку и, поглядывая на боковое зеркальце, принялся оттирать кровь с лица... Чуть позже он обнаружит, что его штаны сзади здорово протёрты, словно он съехал с детской пластиковой горки, которую перед тем какой-то псих долго и упорно скоблил вилкой. Чуток поразмыслив, он сообразит, что светловолосый протащил его волоком через весь полицейский участок - за шкирку, словно мягкий манекен ("Как ты меня только что", - насмешливо подумал я).

– Пацан, когда ты обнаружил, что умеешь влиять на людей?
– внезапно заговорил гигант низким голосом.

Сказанное им словно облило парня ледяной водой.

– Откуда вы знаете?..
– начал было он и замолчал. А если светловолосый говорит не о том, о чём подумал он сам?

– Знаю.

Короткое слово заставило Карла приглядеться к водителю. Спокойное, слегка улыбающееся лицо - уже даже не с усмешкой. И отчётливое ощущение силы. Такое отчётливое, что парень больше не сомневался. Пытаясь быть на равных с этим гигантом, он постарался немногословно рассказать, как однажды увидел: с определённым усилием сказанные, его слова заставляют людей выполнять все его прихоти, а начитавшись нужных по теме книг, он пришёл к выводу, что у него есть дар, который бы неплохо развить. И, только высказавшись, сообразил поинтересоваться:

– А куда мы едем?

– На базу призраков.

В первую минуту Карл ничего не понял. Каких призраков?

Потом дошло. Уже подозрительно глядя на светловолосого гиганта, он поинтересовался:

– А ты - призрак?

– Да.

Короткое слово прозвучало как раздражённое "Отвянь!". Карл, несмотря на все свои заморочки в характере, дураком не был. Отвял. Молчал всю дорогу, поспешно вспоминая всё, что слышал об элитном подразделении армии Содружества.

Только когда поехали по пригороду, осмелился спросить:

– А... как же с родителями?

– Ты погиб вместе с последней взорванной машиной, - безразлично сказал Вольф и после недолгого молчания добавил: - Твои родители сейчас в крематории. Готовят к сожжению гроб с останками.

Поразмыслив, благо времени предостаточно, Карл пришёл к выводу: жизнь расцветает новыми красками. Родителей, которых он давно привык дёргать за пси-ниточки, как самых тупых кукол-марионеток, он не жалел. Они его похоронили - и в его личной жизни остались где-то там, в стороне. Тревожило лишь одно: что впереди? Скучать не дадут - это понятно. Но что именно ждёт его? Пару киношек по триди о жизни ребят и их воспитании в военных школах он успел посмотреть. Примерное представление, хоть и сглаженное сценаристом и режиссёром, о будущем имел. Неужели он станет курсантом школы призраков? Забыв о своих пси-способностях, он наскоро перебрал в памяти арсенал уличных приёмов защиты и нападения, которым ему всё-таки пришлось научиться, общаясь со своей командой... От сердца немного отлегло.

Осмелившись, он всё-таки спросил у Вольфа, не в школу ли призраков его везут. Получив утвердительный ответ, Карл поклялся себе: пока не усвоит всей призраковой премудрости и не станет лучшим (и только лучшим!), высовываться не будет.

Несмотря на все свои закидоны при полном попустительстве взрослого окружения, несмотря на своеволие законченного эгоистичного деспота, парень в жизни оставался реалистом. Поэтому он не стал сладостно воображать, как приедет в школу и первым делом покажет всем, кто есть кто.

Он задумал - и выполнил. Ушёл в позицию "не тронь меня - и я тебя не трону".

Правда, этой позиции было довольно тяжело придерживаться. Остальные курсанты были намного младше Карла. Но гораздо большему обучены. Без взрослости парня. Наезды бывали жестокими. Чаще все против одного.

Ещё в машине, поглядывая на тяжёлые ручищи Вольфа, Карл сообразил - точнее, сработал тот самый слабый дар предвидения, что не раз попадётся на кулак скорого на расправу призрака. Так и случилось, хотя парень и старался в школе быть самым старательным и послушным учеником. Попадало чаще за участие в драках, где били его самого. Пока он не сообразил попробовать одну из методик, найденных в электронной библиотеке школы: наткнулся на неё, пытаясь придумать, как развивать дар предвидения. В той методичке он прочитал, как делать себе ментальное поле, при котором ни один просто не будет его замечать. И сделал. Больше на кулаки ни одногруппников, ни Вольфа он не попадал.