Шрифт:
Война затягивалась.
Но ни одна сторона не испытывала от этого факта особой радости.
А самое плохое заключалось даже не в том, что разбитая на мелкие осколки Саббат не была способна победить или потребовать от Тайного Города почетного мира. Самое плохое заключалось в том, что вампиры теряли осторожность.
Разумеется, Бруджа был далек от мысли требовать от масанов Саббат соблюдения норм, аналогичных Догмам Покорности. Но в то же время барону уже приходилось предпринимать шаги против наиболее одиозных соплеменников, безжалостно истреблять молодняк, неправильно истолковавший идею полной свободы и отказывающийся признавать, что челы сильнее. Уничтожал не понимающих, что спасает воинов ночи только тайна, что стоит челам проникнуть за ее покров, и вражда с Тайным Городом покажется детской забавой, ибо наступит настоящая катастрофа. Но чем больше становилось самозваных кардиналов с манией величия, тем более смелыми и издевательскими становились лозунги в адрес челов. Тем чаще приходилось подчищать данные в полицейских архивах и убирать нежелательных свидетелей. И одиозных охотников, не желающих жить тихо. Александр действовал осторожно, прекрасно понимая, что многим вожакам Саббат придется не по вкусу его линия. Пару раз, не желая рисковать, он сдал отморозков гаркам и именно после первого подобного случая ясно осознал, в каком тупике находится.
Если свободным масанам приходится следить за порядком и соблюдать режим секретности, так же как и Камарилла, то чем они отличаются друг от друга? Идеями? Но лозунги Саббат появились постфактум, после того как началась война, и лидерам потребовалось как-то объяснить подданным для чего она ведется. В действительности же причиной конфликта стала борьба за власть. Одни кланы согласились признать главенствующую роль Великих Домов, другие — нет. Саббат основали вожди, желавшие самостоятельно править семьей и разговаривать с Тайным Городом на равных. Пусть не в ранге Великого Дома, но и не как вассалы Темного Двора. Возможно, разногласия можно было уладить за столом переговоров, но кто-то погорячился, кто-то проявил ненужную принципиальность, у кого-то взыграла гордость или застарелая обида, в результате — большая кровь.
Почти все объявившие войну вожди погибли, их кланы распались на мелкие стаи, истребить которые не в состоянии даже гарки, а выдуманная для войны идеология полной свободы до сих пор туманила головы.
«Полицейский патруль обнаружил в Битцевском парке мертвые тела. Выехавшая на место происшествия следственная бригада установила, что смерть двух мужчин наступила в результате множества травм, в том числе — черепно-мозговых, нанесенных дубинкой или бейсбольной битой. Начальник районного управления полиции заявил, что речь идет не о нападении хулиганов, а о предумышленном убийстве: „Травмы были нанесены пострадавшим в другом месте, в парк их привезли уже мертвыми…“»
(«Вести. Дежурная часть»)«Огромные скидки! Чудовищное снижение цен! Просто даром!! В связи с окончанием сезона Торговая Гильдия проводит распродажу лучших антивампирских артефактов! Цены снижены на пятьдесят процентов! Спешите в супермаркеты — делайте выгодные покупки! Никогда раньше знаменитые „Протуберанцы“ не стоили так дешево…»
(«Тиградком»)Москва, Рязанский проспект,
6 ноября, суббота, 04.03
До восхода солнца еще оставалось время, но масаны все равно нервничали и изредка поглядывали на небо. Машинально, повинуясь выработанному за тысячелетия инстинкту. Ибо ни один вампир ни на секунду не забывал о том, что где-то там, высоко-высоко над головой, притаилась смерть. Что стоит на мгновение расслабиться, и безжалостные лучи кинжалами вонзятся в плоть, разорвут ее, сожгут, причиняя невыносимые страдания. Масанам не дано забыть, что они чужие в этом мире. Как не дано им забыть, что они чужие среди разумных. Что в каждом они видят пищу, и этот взгляд — взгляд охотника — делает вампиров отверженными.
И поэтому собеседники периодически поглядывали на предательское небо. И поэтому один из них, молодой Илья Треми, прибыл на встречу в плотной кожаной одежде, а на время разговора снял только шлем мотоциклиста — даже рукопожатием обменялся, не снимая перчатки. Второй же вампир, Жан-Жак Бруджа, был одет смелее: в обычный костюм и плащ, зато не отходил от черного «Ягуара» с сильно затемненными стеклами, готовый в любой момент укрыться в салоне.
Привычки. Чтобы выжить, у масана должно быть очень много ПРАВИЛЬНЫХ привычек.
— Никита Крылов не имеет к Тайному Городу никакого отношения, — негромко сообщил Илья. — Обычный человский бизнесмен, владеет, на пару с компаньоном, игорным домом «Два Короля». Процветает. В Москве известен как коллекционер раритетов, относящихся к азартным играм.
— Он на самом деле не связан с Тайным Городом? — подозрительно переспросил Жан-Жак.
— Я запускал поиск по всем базам «Тиградкома» и в архивах Великих Домов — о Крылове ничего нет. Все, что я рассказал, взято из человских источников.
— Хорошо. А его подружка?
— Любовницу Крылова зовут Анна Курбатова, — доложил Илья. — Не очень сильная человская ведьма, по классификации Зеленого Дома — не дотягивает до уровня феи. Она из рода воронежских колдуний, в Москву перебралась недавно. Специализируется на краткосрочных предсказаниях, у нее небольшая фирма при ММВБ. Среди наемников Курбатова не числится, выполненных контрактов у нее нет. В общем, заурядная фигура.
— Фигура у нее не заурядная, — проворчал Жан-Жак, припоминая лежащую на кровати женщину. — Фигура отменная.