Вскоре группа из шести ксиард была уничтожена, и путники завязали отчаянный бой с оставшимися. Малс кричал, предупреждая об атаках с тыла, Дрюль натягивал и спускал отсыревшую тетиву, но ксиарды, видимо, поняв, что надо остерегаться поднятого и натянутого лука, ловко уворачивались от стрел. Тиглон размахивал двуручным мечом, не подпуская к себе ксиард ближе чем на три шага. Малс вскоре тоже принял участие в битве, так как одна из тварей решила полакомиться кониной и уселась на спину Римула. Манкр завопил и изо всех сил шарахнул сумкой по лысой голове кровопийцы. Ксиарда хрюкнула от удивления и свалилась вниз, прямо под копыта разволновавшихся коней, которые втоптали ее в грязь.

Верлойн пытался отбить яростную атаку сразу двух ксиард, как вдруг услышал крик:

– Осторожно! Здесь воины! Они заходят к вам с тыла!

Путники остановились как вкопанные. Верлойн растерянно обернулся. Это был голос Лэнарды. Но как?.. Воспользовавшись его замешательством, одна из ксиард наотмашь ударила барона рукой с острыми как бритва когтями. Верлойна спасли доспехи – когти проскрежетали по золотой поверхности нагрудного панциря, барон рубанул по морщинистой шее ксиарды, и отрубленная голова, подпрыгивая, покатилась по сырой от тумана и испарений земле.

Внезапно оставшиеся ксиарды взмыли ввысь и исчезли в тумане Темного болота. Путники переглянулись.

– Клянусь Небом, это был голос девчонки! – воскликнул Алдруд.

Совсем близко раздался крик. Кричала девушка.

– Что?.. – начал было Дрюль, но остановился на полуслове, глядя на стену тумана.

Из клубившихся у скал Драконьего Хвоста испарений вынырнул отряд воинов. Их лица не были человеческими – они походили на кошачьи морды с пятнистой темной шерстью и отдаленно напоминали лицо Тиглона. Воины были одеты в кожаные доспехи, покрытые металлическими пластинами, а в руках держали кривые ятаганы и секиры с лезвиями в виде полумесяца.

Услышав звериное рычание, исходящее из глотки Тиглона, Верлойн мельком взглянул на тига и оторопел. Барон никогда не видел такого яростного оскала на лице всегда невозмутимого Тиглона. Но слово, которое произнес Тиглон, все объяснило.

– Джагуры! – прорычал тиг.

Племя джагуров и племя тигов враждовали с начала времен. Их постоянные стычки вошли в историю как самые кровавые из всех битв между племенами полулюдей. Они ненавидели друг друга всем сердцем и безжалостно убивали любого из племени противника – будь то женщины, дети или старики. Эта безумная вражда возникла много столетий назад, но причину ее никто не знал. Именно эта вражда погубила как тигов, так и джагуров. И те и другие постепенно вымирали, их народы практически исчезли с лица земли.

Тиглон, яростно рыча, взмахнул огромным двуручным мечом и ринулся на джагуров. Те, в свою очередь, увидев тига, направили на него оружие и кинулись вперед, стараясь окружить рычащего Тиглона. Они совсем забыли о путниках, которые сначала ошарашенно стояли на месте, но, увидев, что Тиглону угрожает опасность – он был один против десяти, – бросились к месту схватки.

Стычка была яростной и быстрой. Джагуры не обращали внимания ни на что вокруг, окружив ненавистного тига, а путники, воспользовавшись этим, нанесли стремительный удар по кольцу противников. Вскоре все было кончено. Джагуры валялись мертвыми на земле, а путники вытирали струящийся по лицам пот.

– Лэнарда! – крикнул Верлойн.

В ответ раздался стук копыт, и путники увидели, как из тумана выскочили три всадника-джагура, помчавшиеся на северо-запад. На седле одного из них лежала бесчувственная девушка, поперек седла другого – Блюклох.

– О нет! – вскричал Верлойн. – Лэнарда!

– Быстрее на коней! – крикнул Алдруд, кинувшись к Римулу.

Путники взобрались в седла и стали разворачивать коней, как вдруг со стороны болота показался отряд капитана Амира. Амир вернулся на пост и снарядил погоню за чужаками, посмевшими ступить на землю королевства Тьмы. Девять всадников стремительно надвигались из тумана, направив коней прямо на путников.

– Проклятие! – завопил Дрюль. – Нам дадут сегодня отдохнуть?!

– Это просто напасть какая-то! – воскликнул Малс.

Верлойн быстро посмотрел вслед убегающим джагурам, потом перевел взгляд на рыцарей Нуброгера и нахмурился. Ярость закипала в бароне, но он обуздал ее, вспомнив уроки Алдруда. Отправляться за похитителями Лэнарды и Блюклоха – значит, подставлять спину под копья нуброгеровских воинов...

– Сегодня просто жаркий день, – сказал Верлойн и, пришпорив Хинсала, направил его навстречу Амиру.

Черная чаща – огромный темный лес, состоящий в основном из странных черных дубов и древних вязов – раскинулась в низине, окруженной кольцом гор, на несколько тысяч миль. Чаща была немного похожа на Молчащий лес, но сходство это заключалось только в отсутствии зелени. В отличие от Молчащего леса, в Черной чаще на деревьях росли листья, но были они либо черными, либо коричневыми. Иногда здесь раздавались звуки – зловещий хохот какого-то животного, жалобные крики птиц, шорохи и скрипы. Коричневая трава и кусты жались к черным стволам деревьев, растущих по обе стороны тропы, по которой ехали путники.