– Не иначе как колдовство, – прошептал Малс, глядя на ворота.

– Вот теперь жди нападения, – пробурчал Алдруд.

Однако ничего не происходило. Дворик был по-прежнему пуст.

– Ладно, сделаем так, – сказал Верлойн. – Алдруд, ты с тигом попробуй отыскать Беллар – она примерно с меня ростом, у нее черные как смоль волосы, голубые глаза и прямой нос. Думаю, вы узнаете ее по этому описанию. А я с Малсом пойду искать Нуброгера.

– Нет. Давай-ка наоборот. Ты пойдешь искать свою Беллар, а мы с тигом займемся Нуброгером.

– Алдруд, я не хочу с тобой спорить. Беллар важнее, чем Нуброгер. Прошу тебя, найди мою возлюбленную.

– Послушай, Верлойн, если Беллар важнее Нуброгера, почему ты сам не хочешь ее поискать? В конце концов, она твоя возлюбленная. Пусть и бывшая.

Если бы на Верлойне не было ремня-невидимки, все увидели бы, как побелело его лицо от ярости.

– Алдруд, прекрати, – проговорил Тиглон. – Ты прекрасно знаешь, что хочет сказать Верлойн.

В ответ – тишина. Потом Алдруд сказал:

– Хорошо. Увидимся.

Странник с Тиглоном пошли направо, к одной из дверей. За ними по снегу потянулись цепочки следов. Барон покачал головой и сказал:

– Пойдем, Малс.

Верлойн и манкр направились налево. Тем временем тиг и Странник осторожно открыли массивную дверь и шагнули в полумрак внутреннего помещения. Они оказались перед двумя каменными лестницами: одна вела наверх, другая – вниз.

– Как ты думаешь, тиг, – тихо спросил Алдруд, – где могут держать возлюбленную Верлойна? В подземельях, наверное?

– Алдруд, ты, видать, наслушался деревенских баек о заточенных девицах. Не забывай, что, если Беллар еще жива, она провела здесь очень много времени. К тому же сдается мне, что Нуброгер ее похитил не для того, чтобы держать в темнице, – какой толк держать чужеземную красавицу в подземельях? Надо сначала поискать наверху.

– Хорошо.

Странник и тиг осторожно пошли наверх, спотыкаясь чуть ли не на каждой ступени (они не видели своих ног) и вполголоса ругаясь. Лестница вывела их на второй этаж. Длинный коридор уходил направо, его конец скрывался где-то в темной глубине замка. По обеим сторонам коридора протянулись ряды обитых железом дверей.

– Сюда?

– Нет, думаю, надо подняться повыше.

Они поднялись еще на два этажа выше, и на каждом пролете направо вел точно такой же коридор, какой тиг и Странник увидели на втором этаже. На четвертом пролете Странник, поглядев на неизменную галерею справа, ругнулся.

– Да мы тут можем полжизни проходить и ничего не найти!

– Тихо, – вдруг сказал Тиглон.

Впереди, из темноты галереи, вышли трое стражников в легких доспехах. Судя по всему, это были воины королевской гвардии. Они быстро шли к лестнице, придерживая оружие, чтобы оно не бряцало. Быстро рассмотрев знаки различия у стражников, Странник пробурчал:

– Гвардейцы Нуброгера. Ну, слава Небу, появилась веская причина снять эти дурацкие пояса.

С этими словами Алдруд снял ремень-невидимку, скатал его и спрятал в мешочек, висящий на поясе. Затем Странник вынырнул из темноты лестницы, появившись прямо перед стражниками. Гвардейцы Нуброгера, оторопев, остановились. Рядом с Алдрудом появился Тиглон, держащий двуручный меч. Стражники взревели и бросились вперед. Алдруд с усмешкой перебросил секиру в левую руку и обнажил меч.

Верлойн с Малсом осторожно поднимались наверх, заглядывая в коридоры на каждом этаже.

– Как же мы найдем Нуброгера? – тихо спросил Малс. – Мы же не знаем, где и что тут находится.

– Нам надо найти тронный зал. Он должен быть где-то здесь.

Внезапно до их слуха донесся приглушенный разговор. Барон и манкр пошли на звуки, стараясь двигаться бесшумно. Голоса доносились из-за одной из закрытых дверей.

– Они должны появиться здесь с минуты на минуту. Но король отдал приказ – сидеть и не высовываться, понятно?

В ответ раздался негромкий гул, как будто зашумела толпа.

– Это приказ короля, – настойчиво повторил голос. – Сидим здесь. Король сам обо всем позаботится.

Верлойн почувствовал нарастающую в нем тревогу. За дверью были воины Нуброгера – это ясно. Слова неизвестного, который, очевидно, был офицером, давали понять, что путников ждут и у Нуброгера есть какой-то план. Что это за план, в чем он заключается – было непонятно. Но путники были в опасности, и следовало что-то делать.