Кенни решил, что всё будет зависеть от того, кому поверят эти двенадцать добропорядочных мужчин и женщин — ему или мистеру Коксу, так как они вряд ли смогут разобраться в тонкостях Закона о защите данных.

Когда на третий день мистер Кокс приносил присягу, он произвёл на Кенни впечатление человека, которому можно доверить последние деньги. Он даже подумал, что, пожалуй, вложит несколько тысяч в его компанию.

Государственный обвинитель мистер Мэтью Джарвис задал мистеру Коксу несколько умело построенных вопросов, и в результате тот предстал честным и неподкупным человеком, который — ни много ни мало — считал своим гражданским долгом раз и навсегда искоренить отвратительное мошенничество, совершённое подсудимым.

Мистер Дювин встал и приступил к перекрёстному допросу.

— Позвольте вас спросить, мистер Кокс, вы видели объявление, о котором идёт речь?

Мистер Кокс посмотрел на него с праведным негодованием.

— Да, разумеется, видел, — ответил он.

— Скажите, в обычных обстоятельствах его качество было бы приемлемым для вашей компании?

— Да, но…

— Никаких «но», мистер Кокс. Либо его качество было приемлемым для вашей компании, либо нет.

— Оно было приемлемым, — процедил мистер Кокс.

— Ваша компания в конечном итоге заплатила за рекламу?

— Конечно же нет, — ответил мистер Кокс. — Счёт вызвал сомнение у одного из моих сотрудников, и он сразу же сообщил об этом мне.

— Весьма похвально, — сказал Дювин. — А этот сотрудник заметил текст, в котором говорится об оплате счёта?

— Нет, его заметил я. — Мистер Кокс с довольной улыбкой повернулся к присяжным.

— Я просто поражён, мистер Кокс. И вы всё ещё помните этот текст? Можете повторить его дословно?

— Думаю, да, — ответил мистер Кокс. Он задумался, но всего лишь на мгновение. — «Если вы не довольны качеством продукта, вы не обязаны оплачивать этот счёт».

— «Не обязаны оплачивать этот счёт», — повторил Дювин.

— Да, — ответил мистер Кокс. — Именно так там было написано.

— Значит, вы не оплатили счёт?

— Нет, не оплатил.

— Позвольте мне вкратце обрисовать ситуацию, мистер Кокс. Вы получили бесплатную рекламу в журнале моего клиента, качество которой было бы приемлемым для вашей компании, если бы она вышла в другом периодическом издании. Верно?

— Да, но… — начал мистер Кокс.

— У меня больше нет вопросов, ваша честь.

Дювин не упомянул клиентов, которые всё-таки заплатилиза рекламные объявления, потому что ни один из них не пожелал явиться в суд, опасаясь за свою репутацию. Кенни чувствовал, что его адвокат уничтожил главного свидетеля обвинения, но Дювин предупредил его, что Джарвис попытается проделать с ним то же самое, как только он займёт свидетельское место.

Судья предложил сделать перерыв на обед. Кенни не стал есть — он снова и снова перечитывал Закон о защите данных.

Когда суд возобновил заседание после обеда, мистер Дювин сообщил судье, что намерен вызвать только своего подзащитного.

Кенни, в тёмно-синем костюме, белой рубашке и с галстуком Королевской гвардии, встал на свидетельское место.

Мистер Дювин умело задавал вопросы, позволяя Кенни подробно рассказать о своей карьере в армии и о службе на благо своей страны в Заливе, не касаясь, однако, недавней «службы» на благо Её Величества. Потом он вкратце опросил его по существу дела. Когда мистер Дювин вернулся на своё место, у присяжных не осталось ни малейших сомнений, что перед ними — сама добродетель и честность.

Мистер Мэтью Джарвис, королевский обвинитель, медленно встал и долго перебирал бумаги, устроив из этого целое представление. Наконец он задал свой первый вопрос:

— Мистер Мерчант, для начала мне хотелось бы побольше узнать о периодическом издании «Деловое предприятие Великобритании». Позвольте вас спросить, почему вы выбрали именно такое название для вашего журнала?

— Оно отражает всё, во что я верю.

— Не сомневаюсь, мистер Мерчант, но не пытались ли вы ввести в заблуждение потенциальных рекламодателей, проводя аналогию с «Деловым предприятием», журналом, имеющим солидный вес и безупречную репутацию. Не в этом ли заключалась ваша истинная цель?

— В таком случае, можно провести аналогию между журналом «Женщина» и «Только для женщин», или «Дом и сад» и «Дома и сады», — возразил Кенни.

— Но все журналы, о которых вы говорите, выпускаются многотысячным тиражом. Какой тираж у «Делового предприятия Великобритании»?

— Девяносто девять экземпляров, — ответил Кенни.

— Всего девяносто девять? В таком случае, он вряд ли войдёт в список бестселлеров, не так ли? Пожалуйста, поясните суду, почему вы остановились именно на этой цифре.