– Риа, сестренка моя любимая, чем же так провинился перед тобой Снежок, что ты поступила с ним так жестоко?
– ненавязчиво поинтересовался Рис.

– Вякал не по делу, - намекнула я, заставив их заткнуться.

Оборотень жалобно вздохнул и, дождавшись пока я сяду, подлез головой под руку, намекая, что ему срочно надо почесать за ушком. А вскоре и вовсе улегся, положив голову мне на колени.

– Ну что, ты готова встретиться со своими родственниками?
– Мягко спросил Рет, настроившийся кинуться меня успокаивать.

– Готова. Все эмоции, отпущенные мне на сегодняшний день, я уже истратила.

Парни покосились на оборотня, млеющего от незамысловатой ласки и что-то для себя решив, отстали от меня. Шикарный, но немного мрачный особняк, произвел на меня странное впечатление - с одной стороны восхищение и детское желание быть принцессой в подобном замке, а с другой - настоящий ужас от подобной перспективы. В этом доме нет ни тепла, ни уюта.

– Добро пожаловать домой, сестренка, - немного нервно произнес Рис, пытаясь выглядеть хозяином положения.

– Мне кажется, что ты нервничаешь еще больше, чем я. Что-то не так?
– поинтересовалась я у Риса, оглядывая себя и стряхивая с платья шерсть оборотня.

– Мачеха приехала. И она была не в восторге от новости о твоем появлении, - признался он.

Вот это поистине плохая новость. Знала бы - не приехала на этот обед. Мало того, что он не на нейтральной территории, так еще и в кампании с этой акулой и, скорей всего, ее отпрысками - мелкими пираньями.

– Не переживай. Пока мы вместе, мы со всем справимся, как говорит магистр Алистор.

И я смело шагнула к парадной двери, которую тут же распахнул услужливый слуга. За мной верной собачкой просеменил Снежок, раздраженно дергая хвостом и пытаясь сбросить ленточки. Я злорадно ухмыльнулась, вспомнив, что привязала их крепко-накрепко. А было бы время, я бы ему еще и маникюр с педикюром сделала. И бигуди бы накрутила.

Расторопный лакей принял у нас одежду, а дворецкий проводил в столовую, проведя мимо шикарной гостиной и большей обеденной залы. Роскошно обставленные комнаты подавляли своим величием и торжественности, но не создавали чувства жилого дома. Все это слишком помпезно и вычурно, как в музее. Я бы здесь жить не смогла.

В маленькой, семейной, столовой нас уже ждали. Возле камина стоял герцог с бокалом вина и о чем-то беседовал с женщиной, в которой я сразу признала его третью жену. Рядом с ними, стоит Ульрих, со скучающим видом выслушивающий еще одного представителя клана дель Рейхс, которого я опознать не смогла. Но судя по возрасту он, скорей всего, брат герцога. На диванчике в дальнем углу расположились две девушки-близняшки, оживленно о чем-то болтающие. Почти вся семейка в сборе.

Расправив плечи, я с надменным видом встретила взгляды родственников - настороженные, восхищенные, откровенно неприязненные.

– Мистрис Эрриха, для меня честь принимать вас в своем доме, - тут же подошел ко мне герцог и поцеловал руку.
– Желаете что-нибудь выпить перед обедом? Могу предложить замечательное вино с наших семейных виноградников.

Он явно пытался угодить мне, расположить меня к себе. Но зачем ему это? Почему мне это поведении кажется подозрительным?

– Нет, спасибо. Может у вас найдется немного сока? Сегодня на удивление жаркий день, - вежливо ответила я, мысленно твердя себе, что есть только три темы для светской беседы в имперском аристократическом обществе - погода, лошади и... не помню. Да уж, позабылись уроки этикета

– Вы совершенно правы, в это году осень выдалась теплой и сухой, что обещает нам хороший урожай. Но не думаю, что молодой магичке будет интересно слушать старое брюзжание сельского жителя, - сыронизировал герцог.

Тоже мне, сельский житель! Еще бы сказал, что он - крестьянин!

– Позвольте выразить вам мое восхищение, Эрриха - склонился в поклоне Ульррих, целуя мне руку.

Вздрогнув от отвращения, я все же мило улыбнулась и спрятала руки за спину, от греха подальше. Человек я не брезгливый - всякую гадость в жизни приходилось держать, но такая мерзость - первый подобный опыт. И чувствую, что не последний, а значит придется привыкать.

– А ты, значит, и есть та мерзкая бастардка, о которой все говорят, - вдруг выдала одна из близняшек, подходя к нам.

Интересно, если свернуть одной из сестер шею, вторая тоже умрет? О, светлоликая, как же я зла

– Хадиса, немедленно извинись перед мистрис Эррихой, а после этого отправляйся в свою комнату, - выговорил ей герцог злым голосом, покрываясь бордовыми пятнами.

– Не стоит, герцог. Я отвечу на этот вопрос. Я, юная леди, родилась в законном браке, чего не скажешь о вас. И о вашей сестре, соответственно.