– Нет, но...

Все притихли, боясь даже пошевелиться.

– Твой дар - твое проклятие. Его жаждут заполучить все на Западном континенте. А может и на восточном, - голос прокурора вещала она.
– Скоро тебя заставят пойти под венец так или иначе. И твой единственный шанс - скорый брак с тем, кто не имеет личной заинтересованности в твоих способностях. Мы с твоим отчимом уже навели справки об этом оборотне - он идеальная кандидатура. И ты выйдешь за него замуж ради твоего же блага. Разговор окончен.

Она как ни в чем не бывало потянулась к оставшемуся куску пирога, я же не могла и слова вымолвить.

– Все-таки осень нам не подойдет, - прощебетала мама, вернувшись к своему прежнему голоску.
– Свадьба и дождь - не самое лучшее сочетание. Значит надо отпраздновать это великое событие побыстрее. Думаю, конец месяца нам идеально подойдет.

– Но ведь это меньше, чем через две недели, - прошептала я, чувствуя, как наворачиваются на глаза злые слезы.

– Ничего, не волнуйся. Учись спокойно, я все организую, - попыталась она меня успокоить, но добилась противоположного эффекта.
– Сейчас в моде розовые кружева. Ты в них будешь выглядеть просто божественно, моя милая.

Зачем я только решила выучиться на мага? Жила бы на архипелаге, бед не знала. А теперь свадьба, Ирвинг, розовые кружева...

– Я бы хотел, чтобы моя невеста была в белом, в соответствии с традициями моей родины, - влез оборотень.

– Правда? Как скажешь, милый зять, - похлопала мам его по плечу.

– Ты чего?
– опешила я.
– Согласен на эту свадьбу?

Оборотень, поняв, что моя мама от него уже отвернулась, предавшись своим фантазиям, мерзко улыбнулся.

– А почему я должен возражать? Твоя мама, уважаемая госпожа Раххель, во всем права. Да и нравишься ты мне, - пожал тот плечами.

– С каких это пор?
– ядовито прошипела я.

– Эрриха!
– одернула меня мама.
– Не смей так разговаривать с мужем! Жена должна быть тихой, покладистой, ласковой...

Все трое парней с трудом сдержали смех, что взъярило меня еще больше. Я ведь могу быть и тихой и ласковой и даже послушной!! Если меня не доводить, конечно. А они же постоянно провоцируют, специально доводят до состояния неконтролируемого бешенства!

– Хорошая жена никогда не будет упрекать мужа, даже если он не прав, - продолжала тем временем лекцию мама

– Ага, она ему сразу сковородкой промеж ушей, - пробурчал Рет, явно припомнив что-то свое.

– Ну зачем так сразу? Сначала тяжелые вздохи и намеки на то, что у подруги новый бриллиантовый браслетик, который от того самого ювелира, - хмыкнул брат.
– а потом добивающий удар - слезы!

– Что-то мне подсказывает, что вариант Рета ближе к натуре Эррихи, - якобы случайно проговорился оборотень.

И почему-то у меня сразу зачесались руки взять свою самую тяжелую сковороду и действительно разбить ему черепушку.

– Ирвинг!
– возмутилась Раххель.
– Моя дочь - воспитанная девушка! Она никогда не будет улаживать разногласия физической силой!

Парни зафыркали, Реет и вовсе подавилась, а мне стало нестерпимо стыдно. Я ведь и правда стала отвратительно себя вести в последнее время. Если мама узнает - убьет меня на месте.

– Ладно, не будем сидеть на месте. У нас много дел, а времени. Надо договориться с церковниками, выбрать место венчания, заказать платье и костюмы, организовать последующий праздник. Ирвинг, Аррихс, думаю вам следует отправиться на почту и разослать приглашения на свадьбу на первое число. Рет, солнышко, тебе я поручаю найти дом для молодоженов. Это одинока девушка могла бы ютиться в столь тесно квартирке, а семья должна жить в собственном доме. И лучше с садом. А мы с тобой, дорогая, займемся самым главным! Платьем!

Кажется, я все-таки не смогла сдержать обреченного стона.

Раххель

Моя дочь - чудо, ниспосланное мне богами. Я помню, когда я взяла ее впервые в свои руки, как она доверчиво улыбнулась, глядя на меня своими огромными синими глазками. Я полюбила ее с того самого момента, как поняла, что ношу второго ребенка. И поэтому я не смогла ее бросить. Мне пришлось отказаться от своего брака, гори он синим пламенем. Мне пришлось бросить моего сына, чтобы спасти дочь. Мое сердце обливалось кровью, но... Именно сейчас я понимаю, что поступила правильно. Аррихс вырос чудесным мальчиком - добрый, воспитанный, красивый, немного скованный и недоверчивый, но это со временем пройдет. И он еще тогда, будучи ребенком, простил мне мой уход. И сейчас сказал, что понимает, что считает мой поступок единственно верным.

А Эрриха... Она не такая как Аррихс. Она упряма, своевольно, болезненно неуверенна в себе и окружающих. У нее доброе отзывчивое сердце и очень ранимая душа. Моя Эри до сих пор нуждается во мне, потому что сама не может справиться с теми страхами, что засели у нее внутри. Хотя сама она в этом никогда не признается даже самой себе. Она постоянно твердит, что может справиться со всем сама, но ее отец... О, с каким бы удовольствием я придушила своего бывшего мужа! Надменная трусливая скотина! Он почти не участвовал в жизни моей дочери, но сумел отравить своим ядом ее детство. 'Добрые люди', которых я некогда считала друзьями, отказались дать мне и моей дочери приют, но не постеснялись сообщить трехлетней малышке, что она - причина всех моих бед, что ее ненавидит отец и что лучше бы она никогда не рождалась. Слова забылись быстро, но чувство вины и стыда осталось с моей дочерью навсегда. И трансформировались в полную убежденность в том, что ее существование - ошибка, когда я родила Галенору, своему настоящему мужу, первого ребенка. Она даже из дома сбегала!