Размышляя над необходимостью тех или иных вещей, я не забывала записывать на клочок бумаги. Знаю я себя - приду на ярмарку, глаза разбегутся, и накуплю всякой дребедени, но при этом, ни одной нужной вещи. Да уж, в этом плане я безалаберна. Но должен же у меня быть хоть один недостаток! А то все бабы как бабы, а я - богиня, как любит выражаться моя сестренка.

Хотя я не спорю, у меня этот недостаток отнюдь не страдает от одиночества. И все равно я - само совершенство. В конце концов, сам себя не похвалишь - сидишь, как оплеванный.

Я уже почти собралась отправиться на рынок, когда в дверь постучали. Да еще так настойчиво, что просто караул. Так и дверь недолго вышибить! А я не аристократка - новую вставлять.

Рванув к двери, я споткнулась о брошенную сумку и звучно впечаталась в пол, разразившись бурной тирадой по поводу жесткости полов, разбросанных вещей и ушибленных на всю голову посетителей. И кому приспичило увидеть меня? Я ведь еще никого в столице не знаю!

Ну, почти никого.

– Кого там принесла нелегкая?
– сквозь зубы прорычала я.

– Открой дверь. Это я - Аррихс.

Ну, все, я вляпалась. Зачем я поперлась в эту столицу? Сидела бы дома...

Глава 2

Открывать дверь совершенно расхотелось. Даже наоборот, я начала подумывать о том, что пора баррикадироваться. Эх, говорила мне мама, что мои вспыльчивость и импульсивность до добра не доведут. И почему я ее не слушала?

– Открой немедленно или я вынесу эту чертову дверь!
– обманчиво спокойно возвестил мне этот аристократ.

Что ж, за все приходится платить.

– Иду я. Вечно эти аристократы считают, что им можно все. Так бы и вешала их всех, чтоб жить не мешали, - четко и внятно отчитала его я, надеясь если не запугать, то хотя бы остудить.

Когда я открыла дверь, хмурый братец тут же протиснулся внутрь. И как только умудрился? Задохликом-то его не назовешь.

– Послушай, не знаю, что там произошло между нашими родителями, но это их дело! И вообще, сын за отца не отвечает!
– выдало это чудо блондинистое, воинственно выдвинув подбородок и задрав нос.

Да уж, мне родители еще в детстве объяснили, что чем выше задираешь нос, тем лучше видно его содержимое.

– И что дальше?
– иронично спросила я, пытаясь разглядеть наличие козявок. А что? Стоит тут весь из себя идеальный... У меня аж комплексы взыграли!

Блондин взлохматил свою и без того небезупречную шевелюру, став похожим на ангелочка-проказника. Эх, и почему у меня такой красивый брат?

– Не знаю. Ты меня чем-то зацепила. Слушай, может, станешь моей фавориткой? Я как раз ищу...

Фавориткой? Я, конечно, знаю, что аристократы, обрученные практически с младенчества, тоже нуждаются в любви и ласке, отчего и заводят фаворитов и фавориток, но... Быть любовницей аристократа - уже мерзко. А целоваться с братом? Фу, меня сейчас стошнит.

– С тобой все в порядке? Ты вся прям позеленела. Не подумай чего, я вовсе не бабник, просто ты мне интересна, - несколько смущенно пояснил он.

– Ты не подумай чего, но ты мне как любовник не интересен, - резко отрезала я, все еще пребывая во власти тошнотворных видений кровосмешения.

Парень обиделся. Столь привлекательные ямочки на щеках, появившиеся от смущенной улыбки, пропали, подбородок окаменел, и губы сжались. В его глазах появилась сталь, заставившая меня поежиться.

– И что же во мне не устраивает тебя?
– язвительно поинтересовался он

То, что ты мой родственник, болван. И то, что ты считаешь меня распутной девкой! Я, может, себя для мужа берегу!

– Ну, это... самое... пол?
– все же пробормотала я в ответ.

И только потом поняла, что ляпнула! Он меня теперь считает нетрадиционной ориентации! Вот я дура!!!

– А.. ну, тогда извини, - смущенно пробормотал блондин, сверкая пунцовыми щеками.

И что теперь делать? Конечно, от его посягательств я ограждена, но ведь он и друзьям расскажет! Ух, какая слава обо мне пойдет по университету. Страшно даже подумать!

Хотя, какое мне до этого дело? Если размышлять здраво, я сюда приехала учиться, а не романы крутить. И после обучения вернусь обратно на Архипелаг, чтобы быть подальше от родственников со стороны герцога. И что мы имеем в итоге? Правильно, достоверную легенду, помогающую мне сохранять свою свободу и не париться насчет личной жизни.