— Видишь на их скулах двойной шрам? Они наемники. Обычно они служат императору, но Морлен использовал их, чтобы поймать Маэву. Условие контракта ими не выполнено, поэтому они должны служить тебе.

Сара обратилась к зиндам:

— Есть ли среди вас капитан?

Навстречу ей шагнул рослый детина с несколькими свежими порезами на руках и шее.

— Как тебя зовут?

Он прокашлялся:

— Фахд, моя госпожа.

— Капитан Фахд, верно ли то, что я услышала от Яспера?

— Да, моя госпожа. — Он неловко переступил с ноги на ногу. — Кроме того, дело в песне. Я не могу забыть ее.

— Вам незачем забывать ее, капитан. Ты сумеешь вправить руку Яспера, Дорьян?

— Возможно. Я внимательно слушал элловена Майна. — Дорьян улыбнулся и обратился к Ясперу: — Ляг ровно.

Тот послушно опустился на землю.

— Мне потребуется помощь.

Сара кивнула капитану полосатых, которого звали Фахд. Рослый зинд опустился возле Яспера на колени, и Дорьян показал ему, что надо делать. Но Яспер не стал смотреть на них. Повернув голову к Маэве и Девину, он сказал:

— Там внутри остались дети.

Сара обратилась к солдатам:

— Покажите мне, где они. — Она резкими шагами направилась к двери.

Пель с поклоном пропустил ее. Остальные солдаты последовали за ними.

Яспер ощутил, что руку его повернули и несколько раз дернули. Он с опаской посмотрел на нее. Ладонь выглядела, как и положено. Однако сразу вернулась и боль, ноющая и мучительная.

— Придется положить твою руку в лубок, — проговорил Дорьян. — Потом нужно омыть ожог и перевязать его, если только здесь найдется чистая ткань.

Яспер рассказал Фахду о находившемся внутри крепости источнике. Фахд принес воды и нашел чистый лоскут. Когда Сара и сопровождавшие ее солдаты вернулись с пятью десятками мальчишек, Дорьян уже омыл запястье Яспера и перевязал его. Все это время Маэва просидела возле них, положив руку на плечо Девина. Яспер не стал расспрашивать о том, каким образом глаза Дорьяна и Сары обрели серый цвет. Он не спрашивал ни о чем. Он был рад уже тому, что остался свободным, а Маэва и Девин находятся возле него.

Спасенные ребятишки с испугом поглядывали на зинда. Многие из детей были голодными.

— Накормите мальчиков, — приказала Сара солдатам.

Яспер улыбнулся при виде той прыти, с которой эти мужчины отсалютовали совсем юной сероглазой девушке. Торопливо вернувшись в крепость, они принесли детям еду и воду, и Сара продолжала отдавать команды:

— Накормите каждого ребенка. И поешьте сами. Покормите и напоите коней. А потом вынесите наружу тела убитых и похороните их — всех, кроме лорда Морлена. К нему не прикасайтесь. Можете заболеть.

Сама она только выпила воды. Яспер тоже пил с удовольствием, однако есть ему не хотелось. Только что пролитая на его глазах кровь лишала его аппетита.

Солдаты взялись за рытье могилы в каменистом песке, мальчишки оживились и принялись бегать и швырять камнями в крепостную стену. Девин не хотел отходить от Маэвы, однако Яспер уговорил его присоединиться к ребятне, чтобы Дорьян и Маэва смогли немного посидеть вместе и поговорить. Они устроились в тени скалы, Яспер издалека наблюдал за ними и видел, что Маэва все время вытирает глаза… Она, должно быть, говорила о матери. И об отце.

Сидевшая возле Яспера Сара поинтересовалась о том, что было с ним после того, как он оставил их с Маэвой вчера ночью. Пока Яспер рассказывал свою историю, перевалило за полдень.

— Ты отважный человек, — сказала она. — И не побоялся рискнуть своей жизнью.

Яспер пожал плечами. Пришлось.

— А твои глаза… что с ними случилось?

Она рассказала. Пульсирующая боль во лбу и не унимавшееся запястье помешали ему понять и половины из сказанного ею. Пространство начал? Яспер даже не был уверен в том, что правильно разобрал эти слова.

Вернувшиеся с пропотевшими солдатами Фахд и Пиль сообщили, что с похоронами закончено. Сара вздохнула.

— Надо ли приказывать вам отдыхать? — Она махнула рукой. — Идите пейте и мойтесь. И перевяжите свои раны.

Маэва привалилась спиной к стене, Яспер взял ее теплую руку.

— Дорьян, — спросила Сара, — а Морлен действительно способен преследовать и после смерти?

Рослый юноша отрицательно покачал головой:

— Серебряная граница восстановлена. Едва ли он способен пересечь ее после смерти.