— Итак, он оставил нам ключ, — сказал Эдон. Он говорил не так раздраженно больше, но у Лоусона не было времени, чтобы быть благодарным.

— Там есть проход, — сказал он. — Пойдем.

Пять из них вместе вошли в проход. Лоусон был впереди. Рейф закрыл за собой дверь, оставив их в темноте, но у Лоусона оказалась подсветка на телефоне, и проход был освещен, как раз достаточно, чтобы они могли видеть свой путь. Они шли в течение нескольких минут, прежде чем достигли двери.

— Она открыта? — спросил Рэйф шепотом.

— Нет, — ответил Лоусон тоже шепотом.

— Должны ли мы выломать ее?

— Позвольте мне попробовать что — то еще, — сказал Лоусон, и постучал.

И ждал.

И ждал.

А потом… Дверь открылась.

— Ну, это вовремя, — сказал Артур, отрываясь от книги. — Что вы так долго?

Комната за пещерой была огромная. Это была больше квартира, чем комната, в комплекте с кухней и обеденным столом.

— Так вот где ты действительно жил, — сказал Лоусон.

— Старый колдун должен иметь свои секреты, — сказал Артур, и подмигнул.

Он повернулся к Арамине.

— Здравствуйте, мои дорогие. А вы…?

— Я Арамина, — сказала она, почти застенчиво.

Лоусон никогда не видел Арамину такой нервной, как сейчас, но это было, вероятно, потому, что она никогда раньше не встречала колдуна. Не то, чтобы была причина бояться, так как Артур был верным другом волков. Он объяснил Лоусону, что давно он был обязан Падшему ангелу по имени Габриэлла, которая оказалась матерью Блисс. Габриэлла попросил его помочь волкам, и поэтому он был здесь.

— И Блисс? — спросил Артур. Лоусон не дрогнул при ее имени. Он быстро объяснил, что случилось.

Как мучались, когда пытаясь идти в подземный мир, а затем, как он и Блисс уехали в Нью — Йорк, чтобы попытаться найти ее друзей.

— Но вы еще не сказали нам, что здесь произошло? Как вы избежали нападения? Кто напал на вас? И что мы можем сделать, чтобы открыть проходы?

Артур рассмеялся.

— Одна вещь, в одно время, мой мальчик, одну вещь за один раз.

Адские псы оставили меня в покое, как только вы исчезли. Эти разрушения лишь иллюзия. Как только стало ясно, что ты не придешь обратно в ближайшее время, и была опасность в движении, я знал, что мне нужно лучшее укрытие. Что может быть лучшим способом избежать нападения, чем убедить потенциальных взломщиков, что одно уже произошло? Я сделал славный беспорядок.

— Вы сделали хорошую работу, — сказал Эдон.

— Слишком хорошую, — сказал Лоусон. — Мы почти ничего не поняли.

— О, я так и знал. Это так просто, на самом деле. Тебя ничуть не беспокоит, что кто бы ни пришел на меня напасть может вернуться.

— Кто — нибудь приходил? — спросил Рейф.

— Охотники ушли. Не собаки.

— Ну, что вы делали здесь в течение всего года? — спросил Малкольм.

— Не груби, — предупредила Арамина.

Сказал горшок чайнику, думал Лоусон, но ему было любопытно услышать ответ Артура.

— Я работаю над вашей проблемой, — сказал Артур.

— Но мы только что узнали об этом, — сказал Лоусон с недоумением.

— Когда тебе понадобилось так много времени, чтобы вернуться, я начал беспокоиться и думал, что хотел бы посмотреть на это. Когда это произошло, я обнаружил, почему отрывки не синхронизированы. Там был разрыв во времени.

— Что это значит? — спросил Эдон.

— Я покажу вам, — сказал Артур.

Он достал карту из ящика, которую Лоусон никогда раньше не видел.

— Эту карту я обнаружил недавно. Вы видите это изображение здесь? — указал он.

Лоусон присмотрелся. Карта в значительной степени состоит из фотографий, но в том месте, куда указал Артур, было два идентичных изображения, бок обок, за которым последовала серия изображений, которые были похожи на первый, а затем были разные. Но после изучения фотографий на минуту, Лоусон понял, первые два были не идентичны. Они были отражениями.

— Вы заметили разницу? — спросил Артур. — Все изображения на карте должны быть уникальными, потому что там должен быть только один истинный путь сквозь время. Но что — то сломалось, и теперь есть два пути.

Они были там некоторое время. Удивительно, что вы были в состоянии двигаться через проходы до сих пор, так как это вызвало перерыв волнового эффекта, который постепенно создал достаточную блокировку, так что некоторые отрывки, оказываются бесполезными. Если блокирование разрешено вкладывать, время, как мы его знаем, перестанет существовать, и мир рухнет в пучину хаоса и беспорядка.

У Лоусона было ощущение, что он знал, что это значит. Волки были членами преторианской гвардии, хранители времени. Если что — то пошло не так, это была их работа, исправить это.